конфета по-киевски глазурь по-апполи-негровски
кислые щи-колотки голодны
кормите их славой будто бы злыми немцами
мелом вычерченных поперёк стены
тушек –
чёрное семя
чёрное кушанье
подавайте рифме есенящей шепеляво!
страна не хочет новых героев – слушайте! –
сейчас не в почёте стишата читать шалавам
они политически подкованы – «куплю недвижимость»
«сниму недвижимость» «о.бендера не беспокоить»
чёрные бровы намалёваны
русые космы выжжены
каблуки не адаптированы под камни андреевского покроя
баюшки мой гонор по ночному подолу гуляющий ба-ю-шки
чёрный местный ниндзя серебряная финка
подворотня в граффити антиремонтном лающем
завезённой посредством контрабанды дингой
да святятся твои забегаловки – неонами
да брыкаются твои солдатики не в строю
мои безнаколочные запястия проштампованы
киевскими каштанами
я их вам продаю
А мне??? Очень крутая тема про искусство-на.
подавайте рифме есенящей шепеляво!
страна не хочет новых героев – слушайте! –
сейчас не в почёте стишата читать шалавам
и вотета:
мои безнаколочные запястия проштампованы
киевскими каштанами
я их вам продаю
Прекрасный бред, романтико...
ничо че романтико..
/удивляиццо//
спасибо, миша
очарование осеннего бреда: каштаны и продающие свое девушки;)
что продающие????
каштаны как минимум
минимум - издевательство какое-то...
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Вот и все. Конец венчает дело.
А казалось, делу нет конца.
Так покойно, холодно и смело
Выраженье мертвого лица.
Смерть еще раз празднует победу
Надо всей вселенной — надо мной.
Слишком рано. Я ее объеду
На последней, мертвой, на кривой.
А пока что, в колеснице тряской
К Митрофанью скромно путь держу.
Колкий гроб окрашен желтой краской,
Кучер злобно дергает вожжу.
Шаткий конь брыкается и скачет,
И скользит, разбрасывая грязь,
А жена идет и горько плачет,
За венок фарфоровый держась.
— Вот и верь, как говорится, дружбе:
Не могли в последний раз прийти!
Говорят, что заняты на службе,
Что трамваи ходят до шести.
Дорогой мой, милый мой, хороший,
Я с тобой, не бойся, я иду...
Господи, опять текут калоши,
Простужусь, и так совсем в бреду!
Господи, верни его, родного!
Ненаглядный, добрый, умный, встань!
Третий час на Думе. Значит, снова
Пропустила очередь на ткань. —
А уж даль светла и необъятна,
И слова людские далеки,
И слились разрозненные пятна,
И смешались скрипы и гудки.
Там, внизу, трясется колесница
И, свершая скучный долг земной,
Дремлет смерть, обманутый возница,
С опустевшим гробом за спиной.
Сентябрь 1906
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.