я, кажется, разучилась любить и помнить,
умения дорожить омертвели дрожжи.
кран в ванной качает мордой – понурый пони,
крадётся тепло по трубам, как жара сборщик,
и голуби – под окно – на галдёжный саммит…
а в голосе нашем – влажность из твёрдых знаков…
давай языком о язык истерить-сусанить,
как спинкой о клетку – блохастые обезьянки.
пусть нам подадут грамм слюны и бельё на вырост,
которым – не чокаясь, но брудершафтя порознь…
а крысам – титаник, где в трюмах – соцветья сыра,
а мне – амнезию и на бедре твой волос
В минуты музыки печальной
Я представляю желтый плес,
И голос женщины прощальный,
И шум порывистых берез,
И первый снег под небом серым
Среди погаснувших полей,
И путь без солнца, путь без веры
Гонимых снегом журавлей...
Давно душа блуждать устала
В былой любви, в былом хмелю,
Давно понять пора настала,
Что слишком призраки люблю.
Но все равно в жилищах зыбких —
Попробуй их останови! —
Перекликаясь, плачут скрипки
О желтом плесе, о любви.
И все равно под небом низким
Я вижу явственно, до слез,
И желтый плес, и голос близкий,
И шум порывистых берез.
Как будто вечен час прощальный,
Как будто время ни при чем...
В минуты музыки печальной
Не говорите ни о чем.
1966
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.