И никого не было больше на свете и никого не будет больше никогда вместо ласковых нежностей вместо детского смеха треск и грохот кончается эта Земля кончаются эти цветы и сухо пекло и нет больше ничего на белом на живом теле мира никого не останется и не станет мира не станет слез не станет радости больше и никогда не взлететь птицам но все же будет продолжаться бой в который пойдут старики один за другим старики старухи шамкают бой бой бой смуглянка молдаванка треск шелест цифры о пемзу Помпеи помпы протуберанец звери сидят тихо и тоже боятся конца времен и света да и будет ли это нет скорее всего это просто страхи это просто мысли и стильные мира сего всех нас согреют улыбкой и тем что снова произойдет на вечеринке смотри через телевизор к тебе подступает радость тошнота фоном гнев через край праны ластится и кровоизлияние не так уж и далеко ты дышишь и это хорошо это прекрасно сквозь шар это идея отбрось по линейке кегли хромосом эмбрионы взрыва вибрируют голышом после ничего не станет или мы отправимся в бесконечность мозаики разбитным цветным стеклом или чем там уж не придумаю да и будет бесконечность калейдоскайпическая гонка вооружений аппаратов и прочего вожделения а на берегу реки шаман стоит и камлает бубен пение горло земля и вода кто кого победит подожгли сразу с обоюдностью и мы сидим в сторонке и ждем что же будет дальше да ничего все идет так как идет и Соломон это знал и тоже ждал и крутил кольцо чтобы справляться с тревогой за этот мир и время которое непереходимо непереносимо но на проверку мы его вытерпим и даже заполним смыслом это так просто стирай и чувствуй готовь и чувствуй экзистенция близко мир далеко но не суть расслабься и поверь во все это ничего и это не сон и все таки сон и Македонский разрубит узел и посыпятся искры гнева а потом он будет лежать в гробу и пустые ладони свисающие из гроба будут тем самым символом а лава сбегала по краям стакана и недопитая с утра кола шипела а часы беспечно тик так беспечно словно ни о чем
Не должен быть очень несчастным
и, главное, скрытным...
А. Ахматова
Я ждал автобус в городе Иркутске,
пил воду, замурованную в кране,
глотал позеленевшие закуски
в ночи в аэродромном ресторане.
Я пробуждался от авиагрома
и танцевал под гул радиовальса,
потом катил я по аэродрому
и от земли печально отрывался.
И вот летел над облаком атласным,
себя, как прежде, чувствуя бездомным,
твердил, вися над бездною прекрасной:
все дело в одиночестве бездонном.
Не следует настаивать на жизни
страдальческой из горького упрямства.
Чужбина так же сродственна отчизне,
как тупику соседствует пространство.
1962
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
