Мой ловец стрекоз,
О, как же далеко ты
Нынче забежал...
Тиё
А я не хочу чтобы с меня сдирали кожу.
(Григорий Поженян)
некогда
когда меня пороли
говорили: вынь изо рта эту гадость
(а гадость была стрекоза)
я представляла
коробку
надёжную
и в ней сямисэн –
я
но воздух
взрывался мокрым
но коробка
лопалась
и только я всё ещё была сямисэн
и….
… и скорая опоздавшая на 78 ми
переехала моё красное дерево
и кошка заблудившаяся под её колёсами
расцарапала мою кошачью кожу
и шёлк и нейлон
разрезали дёрн пальцев сказателя
а тот
всё раскачивался
повторяя:
«осьминоги выплёвывающие чёрную письменность
сдирают мою кожу
лимоны выжигающие иону в рыбе
сдирают мою кожу
запреты скользящие на резиновых уточках
сдирают мою кожу
лошади просовывающие морды в карманы бойни
сдирают мою кожу
моя кожа
пробивающая волосками любопытства
запястья календарей
сдирает с меня кожу
откуда тогда у меня
столько морщин?»
маленький мальчик
добежавший до края света
не видит ни одной стрекозы
жирные пингвины антарктики
не видали ни одного ионы
зато перстней – много
и перстни эти
чикают о сямисэн
ти-ши-ну
хотя бы закричать
от удара веером
хотя бы вырвать
шорохом кожи содранной
хотя бы в руках не гейши –
гайдзин оборванной
вздрогнуть…
сегодня днем перечитывал. Мне кажется, все же, что это стихотворение - одно из самых сильных у тебя. на меня ВОЗДЕЙСТВУЕТ!!!
возвращаюсь к нему чаще всех. интересно, о чем это?
небесное... Ваша работа неуловима, в ней трагедия воздушного змея( он всегда на верёвочке)... Именно так мне видится, а другим, скорее по иному.
Пришла к Вам по рекомендации. Ухожу с сожалением, что не могу остаться здесь надолго(примерно на век).
Простите, я второпях написала Вам с чужого компьютера. Это была KsanaVasilenko
я так и поняла, Ксана.
Простите, что не отвечала - не хотелось напоминать о себе, так скажем, но раз уж случайно напомнила, так хоть воспользуюсь возможностью сказать вам спасибо.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Бумага терпела, велела и нам
от собственных наших словес.
С годами притёрлись к своим именам,
и страх узнаванья исчез.
Исчез узнавания первый азарт,
взошло понемногу быльё.
Катай сколько хочешь вперёд и назад
нередкое имя моё.
По белому чёрным сто раз напиши,
на улице проголоси,
чтоб я обернулся — а нет ни души
вкруг недоуменной оси.
Но слышно: мы стали вась-вась и петь-петь,
на равных и накоротке,
поскольку так легче до смерти терпеть
с приманкою на локотке.
Вот-вот мы наделаем в небе прорех,
взмывая из всех потрохов.
И нечего будет поставить поверх
застрявших в машинке стихов.
1988
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.