… до половины девятого ещё можно не ехать в морг:
заводские здания и бордели переваривают привычный хавчик.
И одна высотка подставляет спину, как будто единорог,
мармеладной девочке, девочке-счастье-с-пальчик.
Она никогда не смотрела под ноги. Не пробовала палкой лёд.
Не захлопывала на рябиновой талии годы-кольца.
Ветер подхватывал её тельце, как лёгкий плот.
Она улыбалась – и ей закатывалось в рот солнце.
И мир был сладко-безкосточным, как кишмиш,
и дороги, цыплячье-жёлтые, никогда не ложились накрест…
Мармеладная кошка садилась на шёпот крыш
и раскрывала над головой зонт, словно вечный август.
… а дома заламывали колени, сжимали рот,
переулки незаметно сматывались по трое…
И уже вполсилы ураганы чужих широт
полоскали её ночи в горьком зубном настое.
И на жёлтых стикерах снов разливался Стикс.
И степные волки, передавая пачку
в полдевятого, закрывали одно из лиц,
чтоб не видеть, как из её рта выпадет солнце –
молочной жвачкой…
И кто зачем рождëн, и кто к чему готов, известно мудрецам, объявлено пророкам. А город ждëт своих неправильных шутов. Приказывает жить — поскрипывать порогом, подсвечивать места, где прячется весна, прикармливать слова на берегу абзаца. На небе столько звëзд — вселенная тесна, поэтому мирам легко соприкасаться. Приходят корабли, деревья говорят, фонарщики поют, мерцая головами: мы птичьи голоса, мы солнечный отряд. Мы, кажется, должны приглядывать за вами.
И кто кому судья, и кто кого простит, и кто оставил здесь закатные ожоги, понятно тем богам, что держат нас в горсти, что дуют в наши лбы и остужают щëки. Кентаврам снится лес потерянных подков. Седому королю — заросший астероид.
А город ждëт своих беспечных дураков. Гештальты не закрыл. И двери не закроет. Зевающий швейцар листает облака. Эдемский старый дом качается на сваях. Вся ангельская рать спешит издалека — болтать о чепухе в спасительных трамваях. Судьба любого зла — лишь пепел да зола, горчащая печаль, похмельная икота. Твой крепкий бастион, упрямый, как скала, рассыплется, когда тебя окликнет кто-то. Возможно, гитарист, торговец, альбинос, возможно, господин, страдающий от зноя. Он скажет:
ты чего? Давай не вешай нос.
Вот крылья. Небо вот.
Не бойся — запасное.
16.02.2024
https://vk.com/carvedsvirel
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
