а я говорила: хватит! хочу красиво!
на хризантемы крестиками бросала.
...два кюрасао,
четверть гнилушки-сливы,
на занавесках - вестерны куросавы.
самки медведя, как небо, делили мужа.
ночь под щеками - изо всех грелок - грелка...
день разложил пасьянсы из мёртвых тушек.
на циферблате размазались тушь и стрелки.
серые волки перековали голос.
бабки-калеки за чем-то пошли в аптеку...
время краснеет, как ротовая полость
(нет, не ангина)
и обрастает мехом.
я обрастаю смехом, как керосином -
лампа,
как джинном - чашка без кюросао.
я выпадаю снегом на пол. красиво:
снег.
куросава.
утро.
и снег растаял...
Больничная тара, черника
и спирт голубеют в воде.
Старик, что судил Амальрика
в тагильском районном суде,
шарманку беззубую снова
заводит, позорище, блин:
вы знаете, парни, такого?
Не знаем и знать не хотим.
Погиб за границей Амбльрик,
загнулся в неведомых США.
Тут плотник, таксист и пожарник,
и ваша живая душа.
Жизнь, сволочь в лиловом мундире,
гуляет светло и легко,
но есть одиночество в мире
и гибель в дырявом трико.
Проветривается палата,
листва залетает в окно.
С утра до отбоя ребята
играют в лото-домино.
От этих фамилий, поверьте,
ни холодно, ни горячо.
Судья, вы забыли о смерти,
что смотрит вам через плечо.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
