в смерти зайцев прошу винить клаву К.(компьютерную, если что)
Вы можете сколько угодно рассказывать
о преимуществах красного кирпича.
И даже пообещать, что в перерывах
между оччченьважнойработой
Вы построите прекрасный замок
посреди вечноцветущих папоротников,
выроете пруд с лягушками,
стерегущими ириски от наших сердец,
а к воротам привяжете воздушный шар
на звенящих цепочках.
Вы даже можете рассказывать мне,
Что кирпичи по Вашему желанию
смогут превращаться в морские камушки,
а, может, даже в леденцы.
Наверное, Вы думаете при этом:
ах, как чудесно сквозь стены нашего дома
будет заглядывать солнце,
и тысячи цветных зайцев запрыгают вокруг…
Не запрыгают.
Потому что залипнут в моём молчании.
А чтобы заставить меня заговорить,
Вам придётся поискать на антресолях Вашей памяти
пыльный дырокол и огрызок химического карандаша,
сделать копилку из бумажного кабанчика
и каждый день складывать в неё
маленькие круглые бумажки
(до тех пор, пока не насобираете на «привет, *чкин»).
По чётным-синие, по нечётным-красные.
И совершенно бесполезно превращаться
в белого оленя с простуженным горлом,
приходить вечерами и дышать скучалками
в надежде протаять дырочку.
Всё равно ничего не увидите,
потому что я разведу леденцы на окнах.
А в правый нижний посажу аленький цветочек.
В общем, спасайте зайцев.
У Вас ещё есть немного времени.
Отказом от скорбного перечня - жест
большой широты в крохоборе! -
сжимая пространство до образа мест,
где я пресмыкался от боли,
как спившийся кравец в предсмертном бреду,
заплатой на барское платье
с изнанки твоих горизонтов кладу
на движимость эту заклятье!
Проулки, предместья, задворки - любой
твой адрес - пустырь, палисадник, -
что избрано будет для жизни тобой,
давно, как трагедии задник,
настолько я обжил, что где бы любви
своей не воздвигла ты ложе,
все будет не краше, чем храм на крови,
и общим бесплодием схоже.
Прими ж мой процент, разменяв чистоган
разлуки на брачных голубок!
За лучшие дни поднимаю стакан,
как пьет инвалид за обрубок.
На разницу в жизни свернув костыли,
будь с ней до конца солидарной:
не мягче на сплетне себе постели,
чем мне - на листве календарной.
И мертвым я буду существенней для
тебя, чем холмы и озера:
не большую правду скрывает земля,
чем та, что открыта для взора!
В тылу твоем каждый растоптанный злак
воспрянет, как петел ледащий.
И будут круги расширятся, как зрак -
вдогонку тебе, уходящей.
Глушеною рыбой всплывая со дна,
кочуя, как призрак - по требам,
как тело, истлевшее прежде рядна,
как тень моя, взапуски с небом,
повсюду начнет возвещать обо мне
тебе, как заправский мессия,
и корчится будут на каждой стене
в том доме, чья крыша - Россия.
июнь 1967
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
