знаешь, а здесь ничего и не будет меняться
все мы летим, а верней пролетаем со свистом.
может к добру перемножить известные числа
и написать результат, как обычно с абзаца.
лишь бы остаться при этом здоровым и чистым.
если быть честным, хотелось бы просто остаться
пусть на щите и поверженным, только бы сразу
в маленьком домике, в центре какого-то леса,
можно без стен, на землице, готов под навесом.
главное, то, что живые в блаженном маразме
больше не чувствуют боли, устойчивы к стрессам,
к бурям магнитным и лунным причудливым фазам.
вспомни-ка люди умели летать, нет…не надо…
станется с нас и полётов и всяких свершений
дёргает ниточки гордый упитанный гений
пляшет смешной муравей и послушное стадо
смелых и сильных во всю протирает колени
вниз – это мазо, а вверх – это верное садо
знаешь, а я наблюдательным стал до психоза:
помню все даты от первой главы до последней.
здесь ничего не меняется, разве что «средних»
вывели в лидеры, правда, под сильным наркозом.
с новой строки вроде легче становится бредить,
время полётов прошло, что теперь? время ползать…
Ю. Сандул. Добродушие хорька.
Мордашка, заострявшаяся к носу.
Наушничал. Всегда – воротничок.
Испытывал восторг от козырька.
Витийствовал в уборной по вопросу,
прикалывать ли к кителю значок.
Прикалывал. Испытывал восторг
вообще от всяких символов и знаков.
Чтил титулы и звания, до слез.
Любил именовать себя «физорг».
Но был старообразен, как Иаков,
считал своим бичем фурункулез.
Подвержен был воздействию простуд,
отсиживался дома в непогоду.
Дрочил таблицы Брадиса. Тоска.
Знал химию и рвался в институт.
Но после школы загремел в пехоту,
в секретные подземные войска.
Теперь он что-то сверлит. Говорят,
на «Дизеле». Возможно и неточно.
Но точность тут, пожалуй, ни к чему.
Конечно, специальность и разряд.
Но, главное, он учится заочно.
И здесь мы приподнимем бахрому.
Он в сумерках листает «Сопромат»
и впитывает Маркса. Между прочим,
такие книги вечером как раз
особый источают аромат.
Не хочется считать себя рабочим.
Охота, в общем, в следующий класс.
Он в сумерках стремится к рубежам
иным. Сопротивление металла
в теории приятнее. О да!
Он рвется в инженеры, к чертежам.
Он станет им, во что бы то ни стало.
Ну, как это... количество труда,
прибавочная стоимость... прогресс...
И вся эта схоластика о рынке...
Он лезет сквозь дремучие леса.
Женился бы. Но времени в обрез.
И он предпочитает вечеринки,
случайные знакомства, адреса.
«Наш будущий – улыбка – инженер».
Он вспоминает сумрачную массу
и смотрит мимо девушек в окно.
Он одинок на собственный манер.
Он изменяет собственному классу.
Быть может, перебарщиваю. Но
использованье класса напрокат
опаснее мужского вероломства.
– Грех молодости. Кровь, мол, горяча. -
я помню даже искренний плакат
по поводу случайного знакомства.
Но нет ни диспансера, ни врача
от этих деклассированных, чтоб
себя предохранить от воспаленья.
А если нам эпоха не жена,
то чтоб не передать такой микроб
из этого – в другое поколенье.
Такая эстафета не нужна.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
