При всей моей прозрачной ясности
При всей моей ясной прозрачности
Я как кость в своей недосказанности
В горле общественной нравственности
Опираясь на библейские ценности,
Я не чужд изящной словесности
Но, однако, томясь в неизвестности,
Я далёк от нравов общественности
Устав от бессонной всенощной,
Бредит моя неуклюжая карма,
Вплывая на вёслах немощи
В глубокий кризис жанра
При всей моей душевной естественности
При естественной телесной гласности
Противоречу несомой ответственности
И, естественно, общественной нравственности
Трепеща перед Прекрасными Дамами,
Уверен, моё к ним отношение
Разделяется даже упрямыми
Средь широких слоёв населения
Только вот от сермяжной правдивости,
А может, от правдивой сермяжности
Осуждаем я с завидной ретивостью
По каналам общественной нравственности
Хоть тошнит меня от собственной пошлости
И изысказанности её высказанности,
Я уверен до твердолобости
Во вселенской своей единственности
Обойдя полдеревни, замкнулась
Моя избитая мантра
Моя Сольвейг проснулась,
А в мире кризис жанра
Подогретый асфальт печёт.
И подстриженный куст стоит.
И ухоженный старичок
отрицает, что он старик.
И волынка мычит на том
(так что не обогнуть) углу;
объясняя зашитым ртом,
что зашили в него иглу.
Пролетает судьба верхом,
вся с иголочки до колёс,
в майке с надписью Go Home
на растерянный твой вопрос.
Раздражённым звенит звонком
на рассеянный твой протест...
Время пепельницы тайком
выносить из питейных мест.
1990
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
