Но твердо знаю: омертвелый дух никаких форм не создает; работы в области форм бесплодны; «Опыты» Брюсова, в кавычках и без кавычек, — каталог различных способов любви — без любви
Нам постоянно внушают, что нужно стремиться к большему: больше делать, больше учить, больше покупать, больше трахать! Для чего? Кому мы доказываем своё превосходство?
Долгое время я очень хотела попробовать одну вещь - быть собой! Это пункт жизни каждого человека, который большинство людей даже не опробовали.
Я помню себя, когда стремилась быть как другие: услышав осуждение - принимала чужое мнение за правильное; увидев насмешки - бежала переодеваться; замечая чей-то авторитет - подавляла свои мечты и т.д.
Я не осуждаю! Но просто ответьте мне, зачем: наращивать ресницы и ногти, закачивать силикон во всевозможные места, стремиться заработать больше денег(когда их и так полно), получать 2 высших(потому что мама с папой сказали), тратить 85% своих денег на унитаз, отказываться от того, что вы ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хотите? Мы как будто пытаемся быть лучше других, следовать навязанной моде. Но редкие люди пробуют быть собой.
Мне плевать на реакцию окружающих по поводу моей жизни. Я живу не для них. Но мне нравится смотреть на ЛЮДЕЙ, которые решили покинуть СТАДО.
В погоне за большим мы забываем самих себя. Мы просто становимся копией кого-то другого.
Сегодня я точно знаю, что ключ к хорошей жизни находится в меньшем числе забот. Мы слишком привязаны к поверхностному и фальшивому, потому что бежим за чужими идеалами.
Остановитесь. Делая что-то, честно ответьте: "Для чего я это делаю?" И только потом принимайте решение. Сократите уровень "ненужного дерьма" в своей жизни!
Просто умейте принимать негативный опыт, не нужно пытаться быть лучше кого-то. Не соревнуйтесь. Будьте собой.
А в отношении социума иногда применимо и словосочетание "стая овец". Поэтично так)
Согласен, народ у нас совсем с ума сошел, это все похоже на безумие, что еще должно произойти чтоб люди задумались над всем, и перестали так себя вести.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
За Москва-рекой в полуподвале
Жил высокого роста блондин.
Мы б его помянули едва ли,
Кабы только не случай один.
Он вставал удивительно поздно.
Кое-как расставался со сном.
Батарея хрипела гриппозно.
Белый день грохотал за окном.
Выпив чашку холодного чаю,
Съев арахиса полную горсть,
Он повязывал шарф, напевая,
Брал с крюка стариковскую трость.
Был он молод. С лохматой собакой
Выходил в переулки Москвы.
Каждый вправе героя гулякой
Окрестить. Так и было, увы.
Раз, когда он осеннею ночью
Интересную книгу читал,
Некто белый, незримый воочью,
Знак смятенья над ним начертал.
С той поры временами гуляка
Различал под бесплотным перстом
По веленью незримого знака
Два-три звука в порядке простом.
Две-три ноты, но сколько свободы!
Как кружилась его голова!
А погода сменяла погоду,
Снег ложился, вставала трава.
Белый день грохотал неустанно,
Заставая его в неглиже.
Наш герой различал фортепьяно
На высоком одном этаже.
И бедняга в догадках терялся:
Кто проклятье его разгадал?
А мотив между тем повторялся,
Кто-то сверху ночами играл.
Он дознался. Под кровлей покатой
Жили врозь от людей вдалеке
Злой старик с шевелюрой косматой,
Рядом - девушка в сером платке.
Он внушил себе (разве представишь?
И откуда надежды взялись?),
Что напевы медлительных клавиш
Под руками ее родились.
В день веселой женитьбы героя
От души веселился народ.
Ели первое, ели второе,
А на третье сварили компот.
Славный праздник слегка омрачался,
Хотя "Горько" летело окрест, -
Злой старик в одночасье скончался,
И гудел похоронный оркестр.
Геликоны, литавры, тромбоны.
Спал герой, захмелев за столом.
Вновь литавры, опять геликоны -
Две-три ноты в порядке простом.
Вот он спит. По январскому полю
На громадном летит скакуне.
Видит маленький город, дотоле
Он такого не видел во сне.
Видит ратушу, круг циферблата,
Трех овчарок в глубоком снегу.
И к нему подбегают ребята
Взапуски, хохоча на бегу.
Сзади псы, утопая в кюветах,
Притащили дары для него:
Три письма в разноцветных конвертах -
Вот вам слезы с лица моего!
А под небом заснеженных кровель,
Привнося глубину в эту высь,
С циферблатом на ратуше вровень
Две-три птицы цепочкой.
Проснись!
Он проснулся. Открытая книга.
Ночь осенняя. Сырость с небес.
В полутемной каморке - ни сдвига.
Слышно только от мига до мига:
Ре-ре-соль-ре-соль-ре-до-диез.
1977
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.