История одной психушки (на конкурс «Поскребя страницы»)
Роман написан витиеватым псевдорусским языком и представляет собой стилизацию под творчество психически больных. Главный герой — молодой человек с дурной наследственностью, круглый сирота, сходит с ума на почве нездорового образа жизни, употребления наркотиков и безудержного чтения всего подряд. Юноше представляется, что он живет после ядерной войны в странном мире, где ядовитые зайцы прыгают по елкам, люди питаются преимущественно серыми грызунами, а кошки имеют хоботы и маленькие розовые ручки. Город-государство (или психбольница), в котором находится герой, называется по имени правителя (главного врача). Самый большой страх у жителей (пациентов) вызывают санитары, играющие роль инквизиторов. В причудливых фантазиях героя, он женится на дочери главного санитара и они с тестем свергают главврача. Жестокий и властолюбивый тесть, став правителем, вводит в государстве новые порядки, в сравнении с которыми меркнут ужасы средневековья. Хрупкая душа сироты не может с этим смириться, и он впадает в прострацию. В конце произведения древний огнедышащий русский интеллигент, ранее отрубивший главному герою хвост, чудесным образом спасается от костра инквизиции, уничтожившего всю больницу, и начинает танцевать без штанов, взявшись за руки со своим еврейским другом. Парочка друзей поднимается в воздух на глазах изумленного шизофреника. Книга будет интересна психологам, психиатрам, а также любителям искусства душевнобольных.
В ступор в пору Михаилу Афанасьевичу нашему Булгакову)
Кто знает, кто знает. Куда не глянь, везде следы его Бегемота.
Таки МиМ?
Может написано под влиянием (даже очень может быть), но более позднее. Икки прав насчет автора.
Вот видите, Миша (ехидно улыбается)...
К примеру, я это произведение читал. И мне бы, наверное, хватило бы и четверти того, что написал Сергей. Это при том, что он достаточно вольно и (ай! небейтемну!) очень поверхностно охарактеризовал это произведение, пройдясь, так сказать, лишь по остаточным симптомам и наплевав (да... у меня бедный лексикон) на анамнез.
Кстати, я очень сомневаюсь, что это произведение таки можно отнести к разряду "общеизвестных". :)
Ехидина: Т.Н. Толстую я имел второй, и с кысью, по-ходу) Я ее щас и читаю, рассказы Ночь) Слишком она мене близка.
)))
Тем лучше, если не "общеизвестно". Я всегда участвую в конкурсах ради самого участия и никогда не побеждаю :)
Сереж, безабид, доооо? Я на самом деле НЕ знаю, что сейчас общеизвестно, а что нет. Единственное, в чем я уверен твердо -- что мои провалы в образовании вполне сравнимы с марианской впадиной :)
Да какие обиды, ты о чем? В принципе я согласен насчет общеизвестности :)
Это точно. Ну Моя то загадка, она, люди, ОБЩЕИСВЕСТНА!!!
А ты чего свою загадку у меня пиаришь? :)
А я просветитель ;)
А я выключатель :)
Да знаю... ;)
класс!!
Спасибо :)
похоже на палату номер 6
на Антона Павловича я пока не замахивался :)
кыс-кыс-кыс
гав
Хороший сценарий, как раз для Федора Сергеевича, его родимого.
Кто знает... кажется пока не экранизировали :)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Я так хочу изобразить весну.
Окно открою
и воды плесну
на мутное стекло, на подоконник.
А впрочем, нет,
подробности — потом.
Я покажу сначала некий дом
и множество закрытых еще окон.
Потом из них я выберу одно
и покажу одно это окно,
но крупно,
так что вата между рам,
показанная тоже крупным планом,
подобна будет снегу
и горам,
что смутно проступают за туманом.
Но тут я на стекло плесну воды,
и женщина взойдет на подоконник,
и станет мокрой тряпкой мыть стекло,
и станет проступать за ним сама
и вся в нем,
как на снимке,
проявляться.
И станут в мокрой раме появляться
ее косынка
и ее лицо,
крутая грудь,
округлое бедро,
колени.
икры,
наконец, ведро
у голых ее ног засеребрится.
Но тут уж время рамам отвориться,
и стекла на мгновенье отразят
деревья, облака и дом напротив,
где тоже моет женщина окно.
И
тут мы вдруг увидим не одно,
а сотни раскрывающихся окон
и женских лиц,
и оголенных рук,
вершащих на стекле прощальный круг.
И мы увидим город чистых стекол.
Светлейший,
он высоких ждет гостей.
Он ждет прибытья гостьи высочайшей.
Он напряженно жаждет новостей,
благих вестей
и пиршественной влаги.
И мы увидим —
ветви еще наги,
но веточки,
в кувшин водружены,
стоят в окне,
как маленькие флаги
той дружеской высокой стороны.
И все это —
как замерший перрон,
где караул построился для встречи,
и трубы уже вскинуты на плечи,
и вот сейчас,
вот-вот уже,
вот-вот…
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.