Мерцает огонек в глазах огромных.
Вот догорит он скоро и тогда
Зима, и люди, солнце, города
В небытия потонут серых волнах.
А завтра с новым утром – новый год
Закружит суетой безликой лица.
И ничего на свете не случится,
Ты знаешь это точно наперёд.
В озябших пальцах спичка – жизни след,
Воскреснет и затеплится любовью,
Но твоё тельце с неподвижной кровью
Заблудится в дорогах прошлых лет.
Согрелась ли? Конечно, не напрасно
Сгоревшей жизни чёрный фитилёк
Весь мир затем на сумерки обрёк,
Тебе вручив цветок души свой красный.
Один лишь миг судьба преподнесла,
В глубоком реверансе замирая,
Звезду тебе с ворот земного рая,
Последней спички капельку тепла.
Конькобежец и первенец, веком гонимый взашей
Под морозную пыль образуемых вновь падежей.
Часто пишется казнь, а читается правильно — песнь,
Может быть, простота — уязвимая смертью болезнь?
Прямизна нашей речи не только пугач для детей —
Не бумажные дести, а вести спасают людей.
Как стрекозы садятся, не чуя воды, в камыши,
Налетели на мертвого жирные карандаши.
На коленях держали для славных потомков листы,
Рисовали, просили прощенья у каждой черты.
Меж тобой и страной ледяная рождается связь —
Так лежи, молодей и лежи, бесконечно прямясь.
Да не спросят тебя молодые, грядущие те,
Каково тебе там в пустоте, в чистоте, сироте...
10—11 января 1934
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
