«Здравствуйте, милый Ганс. Я слегка робею-
Дамам негоже первым - да, Бог с ним… Я
Только хочу сказать, ничего живее
Ваших хрустальных розы и соловья
Я не нашла. Да, крот стал примерным дедом-
Нянчит на даче крошечных малышей
Бывшей своей невесты – ему неведом
Свет от любви, и ревности тень взашей
Тут же была гонима, как только Петер
В грецкой скорлупке чудо принёс с пруда.
Кстати, на днях под солнце, капель и ветер
Всё ж свинопасу Герда сказала «да».
Помните, Ганс, он был заграничным принцем -
Вот, оловянный тоже не даст соврать -
И голубых кровей проверяя принцип,
Сыпал тайком горошины ей в кровать.
В наших краях сейчас по последней моде
Шьют, подражая голому королю.
Ну, вот и всё, что нового было, вроде.
Чуть не забыла, Андерсен, я люблю…»
В былые дни и я пережидал
холодный дождь под колоннадой Биржи.
И полагал, что это - Божий дар.
И, может быть, не ошибался. Был же
и я когда-то счастлив. Жил в плену
у ангелов. Ходил на вурдалаков.
Сбегавшую по лестнице одну
красавицу в парадном, как Иаков,
подстерегал.
Куда-то навсегда
ушло все это. Спряталось. Однако
смотрю в окно и, написав "куда",
не ставлю вопросительного знака.
Теперь сентябрь. Передо мною - сад.
Далекий гром закладывает уши.
В густой листве налившиеся груши
как мужеские признаки висят.
И только ливень в дремлющий мой ум,
как в кухню дальних родственников - скаред,
мой слух об эту пору пропускает:
не музыку ещё, уже не шум.
осень 1968
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
