когда мы пьяные, нам хочется любить, или драться
упаивать свою апатию и скуку.
бармен произносит «сэр, у вас божий дартс!» и
присваивает мне черный пояс по самбуке,
я показываю ему татуировку, ордер на обыск
стараюсь быть сухим, любезным.
стриптизерша крутится, как малазийский компас,
как живец на крючке железном
она говорит «кареглазый мой, кареокий
ради тебя я готова одеться»
я обещаю ей лучшую жизнь с кокаином и караоке
все, о чем мы мечтали в детстве
побег из института на прогулочном катере
путешествия на слонах,
Трухановские острова, кукольный театр,
бар на двоих и бюро нах.
вскоре мы целуемся неожиданней, чем авокадо,
чем сошедшая с карпатских гор лавина.
когда я с ней, то чувствую себя адвокатом
доказавшим ее невинность
Углем наметил на левом боку
Место, куда стрелять,
Чтоб выпустить птицу — мою тоску
В пустынную ночь опять.
Милый! не дрогнет твоя рука.
И мне недолго терпеть.
Вылетит птица — моя тоска,
Сядет на ветку и станет петь.
Чтоб тот, кто спокоен в своем дому,
Раскрывши окно, сказал:
«Голос знакомый, а слов не пойму» —
И опустил глаза.
31 января 1914,
Петербург
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
