Когда опоры нет - то не беда,
пригнись к земле, вцепись в неё руками
и по-пластунски, огибая камни,
хоть плачь, хоть вой, но выползи туда,
где чист, прохладен и тенист родник,
но помни: там, где лучше - там и хуже,
родник способен обернуться лужей
в тот миг, когда ты к роднику приник.
Обманами отравленная жизнь,
пилюли антидота - тоже лажа,
а выживет лишь тот, кто на продажу
со скидкой душу сможет предложить.
Но снова засверкают миражи,
и кто-нибудь нашепчет: время лечит...
Вот только кровь не превратится в лечо,
и время не пройдёт - промчится жизнь.
Как показала группа голландских фармакологов, цвет таблеток имеет значение для многих больных. Так, красные, желтые и оранжевые таблетки воспринимаются обычно как стимулирующие, а голубые и зеленые – как успокаивающие.
Cправка из Интернета
Mоя зелёная мечта,
Моя подруга и отрада,
Когда не спится ни черта,
Когда не дышится. И надо
Держать в руках себя под ноль,
В чужие веки улыбаться,
А по душе маячит боль,
И злоба лыбится паяцем.
И чтоб никто не смел узнать,
Что всё сегодня не по масти,
Из букв - послать бы мир на ять,
Из мыслей - рвать бы мир на части.
Но нерв зажат железным "ап!"
И, малахитово оскалясь,
Мой самый верный эскулап
Швырнет зелёную усталость
В сосудов алую печаль.
И успокоюсь невзначай...
Спасибо :)
Оказывается, все дело в выборе цвета..))
Ползу неловко, медленно, пыхтя
Трава иссечь лицо взялась, за дело
Проворно хвать! А гнус кусает тело,
И муравьи забрать к себе хотят –
Вон сколько мяса! Будем сыты год. –
И гадко лезут в щели под одежду.
Плевать. Ползу, тащу с собой Надежду,
А Вера, та разгадывает код
Счастливой жизни. Будет ли отрада?
Тенист родник и светел взгляд Венеры?
Расчищу мусор по приказу Веры
Вода должна очиститься, так надо!
:)
Желаю вам не позволять траве хватать себя за дело, а тело гнусу подставлять.
:)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Так гранит покрывается наледью,
и стоят на земле холода, -
этот город, покрывшийся памятью,
я покинуть хочу навсегда.
Будет теплое пиво вокзальное,
будет облако над головой,
будет музыка очень печальная -
я навеки прощаюсь с тобой.
Больше неба, тепла, человечности.
Больше черного горя, поэт.
Ни к чему разговоры о вечности,
а точнее, о том, чего нет.
Это было над Камой крылатою,
сине-черною, именно там,
где беззубую песню бесплатную
пушкинистам кричал Мандельштам.
Уркаган, разбушлатившись, в тамбуре
выбивает окно кулаком
(как Григорьев, гуляющий в таборе)
и на стеклах стоит босиком.
Долго по полу кровь разливается.
Долго капает кровь с кулака.
А в отверстие небо врывается,
и лежат на башке облака.
Я родился - доселе не верится -
в лабиринте фабричных дворов
в той стране голубиной, что делится
тыщу лет на ментов и воров.
Потому уменьшительных суффиксов
не люблю, и когда постучат
и попросят с улыбкою уксуса,
я исполню желанье ребят.
Отвращенье домашние кофточки,
полки книжные, фото отца
вызывают у тех, кто, на корточки
сев, умеет сидеть до конца.
Свалка памяти: разное, разное.
Как сказал тот, кто умер уже,
безобразное - это прекрасное,
что не может вместиться в душе.
Слишком много всего не вмещается.
На вокзале стоят поезда -
ну, пора. Мальчик с мамой прощается.
Знать, забрили болезного. "Да
ты пиши хоть, сынуль, мы волнуемся".
На прощанье страшнее рассвет,
чем закат. Ну, давай поцелуемся!
Больше черного горя, поэт.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.