Если нас отлучили, отключим бесстрастную связь –
ну зачем нам аукать, напрасно прижаться стараясь?
Это к лучшему – ад, это значит, не выставлен прайс
за паденье свободное в жар серпентария-рая.
Экономя отрезки каникул, пространства для встреч,
чумовым бутербродом пируя от Пасхи до Святок,
мы готовимся лечь в бытового освенцима печь –
без венков и надгробий, без слёз и горящих лампадок.
Ты, пока ещё можно, возьми от меня открестись –
одноперстно, без справа налево – одним только средним,
чтобы знак непотребный наш угол рассёк биссектрис-
ой не надо по прошлому править проклёны-молебни!
Раз в году, когда повод для пира особо смешон,
прочитай мои строки, как к бедствию глупый эпиграф –
и увидишь: на неба экране твой новый стишок
завершает комедию «ты-я», как дождь или титры.
Какой тяжелый, темный бред!
Как эти выси мутно-лунны!
Касаться скрипки столько лет
И не узнать при свете струны!
Кому ж нас надо? Кто зажег
Два желтых лика, два унылых...
И вдруг почувствовал смычок,
Что кто-то взял и кто-то слил их.
"О, как давно! Сквозь эту тьму
Скажи одно, ты та ли, та ли?"
И струны ластились к нему,
Звеня, но, ластясь, трепетали.
"Не правда ль, больше никогда
Мы не расстанемся? довольно..."
И скрипка отвечала да,
Но сердцу скрипки было больно.
Смычок все понял, он затих,
А в скрипке эхо все держалось...
И было мукою для них,
Что людям музыкой казалось.
Но человек не погасил
До утра свеч... И струны пели...
Лишь солнце их нашло без сил
На черном бархате постели.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
