Почему после долгих ночей всё никак не наступят рассветы?
Временная кружИт, неподвластная дням карусель.
Почему так не хочется знать очевидность печальных ответов,
Тех, которых навьюжит скупая и злая метель...
Слабо веруя в праведность снов и слепую невинность желаний,
Не гадая на картах, ромашек не трогая цвет,
Всё иду по тропинке, по той, что длиною в само мирозданье,
Не считая ошибок, a, впрочем, наверно, и лет.
И любимые лица покажутся ближе и будто бы строже,
Силуэт нарисует мне иней на тёмном окне.
Украшая мозаикой льда легкий след неслучайных прохожих,
Равнодушный Ноябрь поспешит утонуть в Декабре.
Не желая нисколько принять то, что мало похоже на счастье,
Временная кружит, неподвластная дням карусель.
Разбавляя снегами с дождем и подкрасив лучами ненастье,
Расстилает зима на хрустящих перинах постель...
Расстилает зима на хрустящих перинах постель...Главное ущё три точки. Так бы и лёг, возраст непозволяет. Красиво и сексуально.
:-)) Вот уж не думала, что стиш такие ассоциации вызовет:-) но это же замечательно, что такие...грусть- величина временная и зачастую надуманная, будем о хорошем;-)...Спасибо Вам!
у меня вообще ассоциации с Симой Корзухиной из "Бега". сильное стихо. такое булгаковское, такое булгаковское. красивое и грустное.
мои поздравления автору, стиль- неповторим
:-) Оченно приятны слова Ваши!:-) Когда есть ассоциации, то значит не зря стиш был написан... Спасибочки!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Над желтизной правительственных зданий
Кружилась долго мутная метель,
И правовед опять садится в сани,
Широким жестом запахнув шинель.
Зимуют пароходы. На припеке
Зажглось каюты толстое стекло.
Чудовищна, как броненосец в доке, —
Россия отдыхает тяжело.
А над Невой — посольства полумира,
Адмиралтейство, солнце, тишина!
И государства жесткая порфира,
Как власяница грубая, бедна.
Тяжка обуза северного сноба —
Онегина старинная тоска;
На площади Сената — вал сугроба,
Дымок костра и холодок штыка...
Черпали воду ялики, и чайки
Морские посещали склад пеньки,
Где, продавая сбитень или сайки,
Лишь оперные бродят мужики.
Летит в туман моторов вереница;
Самолюбивый, скромный пешеход —
Чудак Евгений — бедности стыдится,
Бензин вдыхает и судьбу клянет!
Январь 1913, 1927
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.