Господин Квинт Г. Флакк встанет часе в шестом,
И надует щеку для бритья, и увидит,
Как вдали гондольер ловит воду шестом,
Как с попойки бредет обессилевший квирит.
Он увидит все то, что еще не видал, —
Что оливкова тень, что при северном ветре
По-особому жесток дорийский портал,
А ладони каштанов смыкаются в петли.
Господин Квинт Г. Флакк съест плохое пюре.
Меценату напишет, чтоб был осторожен,
Что, мол, иды... зима... и вообще на дворе
Неспокойно чего-то, печально, тревожно.
На скамейке рабы, округляя слова,
Составляют из них то куплеты, то слухи;
Господин Квинт Г. Флакк подпоет, и молва
Разнесет, что опять он напился от скуки.
«Славна доля твоя! — он рабу подмигнет:
— Ну их в термы!» — махнет и напишет про лето,
А молва, как надгробье, за ним понесет
Неуклюжее, тяжкое имя поэта.
Хмурый Август глядит с окантовки гардин.
Христиан еще нет, но испита цикута.
Господин Квинт Г. Флакк, сын раба, гражданин,
Вспоминает войска и пожатие Брута...
Завидую, кто быстро пишет
и в благости своей не слышит,
как рядом кто-нибудь не спит,
как за стеною кто-то ходит
всю ночь
и места не находит.
Завидую, кто крепко спит,
без сновидений,
и не слышит,
как рядом кто-то трудно дышит,
как не проходит в горле ком,
как валидол под языком
сосулькой мартовскою тает,
а все дыханья не хватает.
Завидую, кто крепко спит,
не видит снов,
и быстро пишет,
и ничего кругом не слышит,
не видит ничего кругом,
а если видит,
если слышит,
то все же пишет о другом,
не думая,
а что же значит,
что за стеною кто-то плачет.
Как я завидую ему,
его уму,
его отваге,
его перу,
его бумаге, чернильнице,
карандашу!
А я так медленно пишу,
как ношу трудную ношу,
как землю черную пашу,
как в стекла зимние дышу -
дышу, дышу
и вдруг
оттаиваю круг.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
