моему городу
я никогда не могла сбежать от тебя слишком далеко и надолго
но всегда пыталась
В городе мёртвых зонтов и размотанных видеоплёнок
Где шагаешь по листьям примятым, как в фотоальбом,
Где из-за мостов, пропадает в ночь сотня печёнок,
Я крадусь по тропам, по лисьим.
И бьюсь об стены лбом.
В городе сонных дворов и бешенно-ярких проспектов
Где у каждого в сердце по драме, в каждом окне по кино
Где учишься жить по чужим прошлогодним конспектам
Я снова вру маме.
И хлещу из стаканов вино.
***
В городе сорванных крыш и касания пальцев до дрожи,
Где огни кружат в танце, солнце не падает за горизонт
Где вместо «люблю» кричишь «Храни наш Зенит, о боже!»
Где вместо «останься» —
Не забудь в коридоре свой зонт…
На розвальнях, уложенных соломой,
Едва прикрытые рогожей роковой,
От Воробьевых гор до церковки знакомой
Мы ехали огромною Москвой.
А в Угличе играют дети в бабки
И пахнет хлеб, оставленный в печи.
По улицам меня везут без шапки,
И теплятся в часовне три свечи.
Не три свечи горели, а три встречи —
Одну из них сам Бог благословил,
Четвертой не бывать, а Рим далече,
И никогда он Рима не любил.
Ныряли сани в черные ухабы,
И возвращался с гульбища народ.
Худые мужики и злые бабы
Переминались у ворот.
Сырая даль от птичьих стай чернела,
И связанные руки затекли;
Царевича везут, немеет страшно тело —
И рыжую солому подожгли.
Март 1916
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
