Я многого не понимаю и река
меня уносит.
Стирая имена и даты, в календаре
и облака
из ваты глотает горизонт.
И на дворе
уже опять зима.
Непоправимо снег заносит
остатки осени, тепла,
и лужи,
что превратились в зеркала.
Лишь цвета непонятного стена
всё также молчалива и цинична.
И в отношении своём категорична
и к настоящему, и к прошлому она.
Как оправдание - наличие окна,
решётка недоверия публично
мир защищает от меня.
Я ощущаю, как, всё-таки, трагична
история мной прожитого дня.
Ни страны, ни погоста
не хочу выбирать.
На Васильевский остров
я приду умирать.
Твой фасад темно-синий
я впотьмах не найду.
Между выцветших линий
на асфальт упаду.
И душа, неустанно
поспешая во тьму,
промелькнет над мостами
в петроградском дыму,
и апрельская морось,
над затылком снежок,
и услышу я голос:
- До свиданья, дружок.
И увижу две жизни
далеко за рекой,
к равнодушной отчизне
прижимаясь щекой -
словно девочки-сестры
из непрожитых лет,
выбегая на остров,
машут мальчику вслед.
1962
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
