полночная бредятина от созерцания списка обязательных к прочтению произведений не-русской литературы
...ведь я был чист. Столетья научили
Сгребать в букет бодлеровы цветы,
Искать порочно-новой красоты.
Офелия барахтается в иле...
Что мне она? Что дядя, мать? все - морок...
Мой добрый, бедный Йорик, tell me, please
С чего, по миру шляясь, как Улисс,
Не нахожу родного Эльсинора.
Я помню, был я местью одержим, -
И мне же отомстил за это кто-то,
Грехи мои – уж не моя забота…
И я б мечтал над пропастью во ржи,
И я бы око требовал за око -
Но с треском продуваю в бисер я.
Ох, моего пустого бытия
Невыносима... все-таки жестокость.
Друзья! Они б меня развеселили
(Я все еще к унынью не привык),
Но... Розенкранц и Гильденстерн мертвы.
Я пью за упокой на их могиле.
О, как хороша графоманная
поэзия слов граммофонная:
"Поедем на лодке кататься..."
В пролетке, расшлепывать грязь!
И слушать стихи святотатца,
пугаясь и в мыслях крестясь.
Сам под потолок, недотрога,
он трогает, рифмой звеня,
игрушечным ножиком Бога,
испуганным взглядом меня.
Могучий борец с канарейкой,
приласканный нежной еврейкой,
затравленный Временем-Вием,
катает шары и острит.
Ему только кажется кием
нацеленный на смерть бушприт.
Кораблик из старой газеты
дымит папиросной трубой.
Поедем в "Собаку", поэты,
возьмем бедолагу с собой.
Закутанный в кофточку желтую,
он рябчика тушку тяжелую,
знаток сладковатого мяса,
волочит в трагический рот.
Отрежьте ему ананаса
за то, что он скоро умрет.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
