…Быть может, наверное, даже скорее всего
Я чей-то – ничьим не могу, а своим – не желаю.
Лишь чьё-то прозренье, которое вдруг оживает,
Как только пространство и время ломают его.
Простой атавизм, третий глаз, что не нужен в быту,
Мешает собачьим хвостом и упрятан под платье;
Но падает небо, и ты, размыкая объятья,
Очнувшись над пропастью, чувствуешь вдруг слепоту.
Мной трогают ветви у глаз и траву у подножья,
И дуют, коснувшись горячих углей очага,
Я так же порой затекаю, как та же рука,
Я в лунном ландшафте морщин и в пыли бездорожья.
Так важно ли, кто и зачем подымает ресницы,
Раскрыв предо мною залитый огнём небосвод,
Кто мною чужую любимую руку возьмёт,
И вздрогнет порой, резанув меня краем страницы...
Так беспомощно грудь холодела,
Но шаги мои были легки.
Я на правую руку надела
Перчатку с левой руки.
Показалось, что много ступеней,
А я знала — их только три!
Между кленов шепот осенний
Попросил: «Со мною умри!
Я обманут моей унылой
Переменчивой, злой судьбой».
Я ответила: «Милый, милый —
И я тоже. Умру с тобой!»
Это песня последней встречи.
Я взглянула на темный дом.
Только в спальне горели свечи
Равнодушно-желтым огнем.
1935
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.