Так я в руки твои погружён,
Что совсем не замечу заказов.
Так мне хочется лишнего сразу.
Вижу словно в окошке я сон:
Две косички и вот голова.
Эти щёки: на них поцелуи.
Но теперь: лишь кусочек спины.
За шкафом ты склонилась с едой.
Я гляжу на тебя: вот он! праздник!
Этот белый и узкий халат.
Эта форма твоя – загляденье.
Когда я представляю тебя,
Мне не хочется книги читать.
Все лежат они, скучные мне.
И поэты завидуют мне.
Уже вижу, как буквы привстали.
Как кривляется рифма слегка.
И опять я её поправляю.
И молчат. И мне дань отдают:
Поживёт пусть и этот мгновенье.
Ведь мгновеннее нету любви.
Все поэты её вспоминают.
Пишут долго, рыдая над ней.
Потому-то стою я сейчас.
И любуюсь я каждым мгновеньем.
Не окно мне заказов, а рай,
Где блаженство, запретное аду.
И немного светлею душой.
И хочу я послать поцелуй.
Нет. Её я всё время целую.
Дайте ручку мне и листок!
Как обедает, ты посмотри!
Но ещё есть – необъяснимо! –
Как она раздаёт заказы!
Февраль. Достать чернил и плакать!
Писать о феврале навзрыд,
Пока грохочущая слякоть
Весною черною горит.
Достать пролетку. За шесть гривен,
Чрез благовест, чрез клик колес,
Перенестись туда, где ливень
Еще шумней чернил и слез.
Где, как обугленные груши,
С деревьев тысячи грачей
Сорвутся в лужи и обрушат
Сухую грусть на дно очей.
Под ней проталины чернеют,
И ветер криками изрыт,
И чем случайней, тем вернее
Слагаются стихи навзрыд.
<1912, 1928>
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
