дай счастья ей! не грызть песочек.
с начала века пара строчек.
платок молитвы. детские слова.
но взрослая седеет голова,
читая. дай мне блока, дай мне блока!
моя молитва мне выходит боком:
при чём тут блок? при том, что и она
моим словам сейчас осуждена.
мой бог, зачем в песочнице теряться?
я б жить хотел, да памяти набраться
о ней. так не забудь её!
есть блок, и слово, наконец, твоё,
нашитое повсюду в настоящем.
дай не блуждать среди песков кипящих!
дай руку мне, чтоб я её держал.
и бурно, и как будто много блока.
и бог не может быть "немного" богом,
не может быть, чтоб я его сказал.
а может быть, чтоб я бы им дышал.
её я вижу. есть ли бог на свете?
огромный бог, бог страшный, мы в ответе.
но жизнь её с своею я смешал.
песком смешал: как сказано у блока?
ах да. век девятнадцатый, далёко.
не то. не то. да и двадцатый век.
век двадцать первый. предпоследний снег.
По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.
Вдали, над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.
И каждый вечер, за шлагбаумами.
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.
Над озером скрипят уключины,
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный,
Бессмысленно кривится диск.
И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной,
Как я, смирён и оглушен.
А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
"In vino veritas!" кричат.
И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.
И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна,
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.
И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.
И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.
Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.
И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.
В моей душа лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.
24 апреля 1906. Озерки
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
