Затихает мой город –
я
открываю окно:
дышит
теплой влажностью, еле слышной,
от тумана седой,
земля.
И шептать мог бы серый тополь,
и могла бы шуршать река... –
невозможная жалость острой
нотой долбит дыру
у виска. –
и мой день обречен пропасть
без надежды, вне смысла,
попусту
нанизав тревогу на пустоту,
и в зевотную эту пасть
отпуская пыль сокровенную,
чтобы было больнее жить
и любить рожденное тленным,
и привязанности хоронить...
Ну, скажи мне,
мой вечный Ветер,
стоит радость траурных лент?
слава – горечи,
а безверие –
невозможности видеть свет?..
Завидую, кто быстро пишет
и в благости своей не слышит,
как рядом кто-нибудь не спит,
как за стеною кто-то ходит
всю ночь
и места не находит.
Завидую, кто крепко спит,
без сновидений,
и не слышит,
как рядом кто-то трудно дышит,
как не проходит в горле ком,
как валидол под языком
сосулькой мартовскою тает,
а все дыханья не хватает.
Завидую, кто крепко спит,
не видит снов,
и быстро пишет,
и ничего кругом не слышит,
не видит ничего кругом,
а если видит,
если слышит,
то все же пишет о другом,
не думая,
а что же значит,
что за стеною кто-то плачет.
Как я завидую ему,
его уму,
его отваге,
его перу,
его бумаге, чернильнице,
карандашу!
А я так медленно пишу,
как ношу трудную ношу,
как землю черную пашу,
как в стекла зимние дышу -
дышу, дышу
и вдруг
оттаиваю круг.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
