ах, как жаль – камуфляж прикрывает окопы,
нет костров и нема гильотин
хоть в стране дураков буратинами топят,
но не топят, увы, буратин
папы карлы ленятся, их пилят их жёны, -
«каракуль принеси в караул»
но у пап лишь похлёбка да воздух сгущённый,
да жилет от жены с ядом пуль
ты живёшь в переулке «очаг мракомыслий»
(пустословий из уст других пап),
где соседские стены, осклабясь по-лисьи,
компенсацию просят за храп,
хотя ты не храпишь, а беззвучно льёшь звуки,
базилик слов метая на диск –
ты его не продашь, это – твой тебе кукиш,
внутрь глядящий слепой василиск
его сытый базилио ( в паспорте – вася)
зафигачит куда-то в подвал -
чтобы выманить крыс, только крысы заначкой
посчитают бредовый «вокал»
кока-кола шипит по тебе колокольно
(дядя хэм, ваше, блин, сша!) –
и харкая поп-корном, сбиваясь на дольник,
ищешь грош, но уже ни гроша –
и не выросли – поле чудесное поло,
как дыра-котелок у шута –
тут земля пересохла, как марсово горло
или мёртвой венеры п-да
ты не строишь уже ни космических планов,
ни стратегий охоты на ведьм
ты боишься, что встретится деревянный
барабас, и споёт его плеть,
что в стране дураков буратины не биты,
но ты хуже, увы, буратин,
что сожжёшь очагом понарошку обитель,
хотя ты – шут и бездарь, кретин,
что в стране дураков потерялась тортилла,
но тротила хватает на тех,
кто никак не решится на модное мыло
и ещё не забыл слово «грех»
к тебе только – инфляция, тупость и дольник,
и гекзаметр шипит, как гюрза…
кока-кола ей вторит, и звон колокольный
по тебе, дураку, как слеза,
протечёт, просочится в каморку, а после –
деревянное эхо вздохнёт
– лабуда, но тебя, наш дубовый апостол,
мучит то, что мальвина – не дура, и в гости
не идёт и тебя не ебёт
ах, как жаль, что всё это – чертовски серьёзно,
а все думают, что это - стёб
в полдневную темень на страшном ветру
потухшее тело чернело вверху
но те что расправу вершили
еще разойтись не спешили
один милосердно ускорить финал
меж ребер копье на полпяди вогнал
по личной какой-то причине
приход облегчая кончине
с душой эта плоть расквиталась давно
но жалу копья поддалась все равно
кровавую выплеснув воду
на шлемы латинскому взводу
поодаль безгласные стиснув уста
ждал отрок которому прямо с креста
он мать поручал умирая
и петр и мария вторая
от стен где вчера он учил невредим
состав омовенья принес никодим
в льняную укутали робу
и стражей приставили к гробу
уже овчары поднимали жезлы
пасхальную снедь собирали в узлы
и ангел его благовестный
на склон поднимался окрестный
но думалось в горестной спешке петру
что незачем в храм приходить поутру
что время готовиться к тратам
вернуться на промысел с братом
еще не гасила мария огня
вперясь в непроглядную стену
еще в обещание третьего дня
не верилось крестному тлену
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
