Зелены яблоки, тыблоки были -
и надкусить-то нельзя,
щелчками по фантикам били, и били
ладошками по ферзям .
Фантики ныли, ферзи улыбались,
криво, конечно. Плевать! -
пыжилась грубая завязь, и завязь -
с мишкой в обнимку - спать,
бухалась в бабкину взбиту перину,
и.. просыпалась - светло!
И весело, правда же? - бабкину спину?
спину куда-то свело.
………
………..
Были.. да, ладно.. не буду, не буду..
голову мне не морочь.
А яблочко? Кружит и кружит по блюду,
по блюду - в вечер и в ночь..
Я вернулся в мой город, знакомый до слез,
До прожилок, до детских припухлых желез.
Ты вернулся сюда, так глотай же скорей
Рыбий жир ленинградских речных фонарей,
Узнавай же скорее декабрьский денек,
Где к зловещему дегтю подмешан желток.
Петербург! я еще не хочу умирать:
У тебя телефонов моих номера.
Петербург! У меня еще есть адреса,
По которым найду мертвецов голоса.
Я на лестнице черной живу, и в висок
Ударяет мне вырванный с мясом звонок,
И всю ночь напролет жду гостей дорогих,
Шевеля кандалами цепочек дверных.
Декабрь 1930
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
