Посвящается зодиакальному брату Шурику (он же Михалыч, он же Меган)
Не сплю. Какой тут, к черту, сон! Сегодня друг зашёл
И рассказал, как на духу, что видео нашёл.
Нет, не обилье голых тел Мегана привлекло.
Он обожатель сфер иных – Небиру, НЛО…
Он в красках всё живописал и так меня пронял,
Что стала мысленно искать космический портал.
Ведь по расчётам выходило, как тут ни крути,
Что только он, храни нас Бог, и сможет нас спасти.
Неоспоримый Интернет, мы пьём тебя до дна.
Планета-монстр – какой кошмар! - с Австралии видна.
Потом она стремглав собьёт настройки всех основ,
И всем тогда придёт Капец, ой, тьфу - Конец Концов.
Не сплю, ведь жизни на Земле отрез последний дан.
В Сибирь, как в свой последний шанс, готовлю чемодан.
Там высоко и если вдруг второй придёт потоп,
Возможность есть, что я спасусь – для размноженья чтоб.
Допустим, сына я себе на спину посажу,
А мама как? А что своим собачкам я скажу?
Нет, надо брать не чемодан, вагонами грузить
Родных, друзей, вино, харчи – чтоб можно было жить.
Так день прошел, второй, ещё, и вдруг себя ловлю,
Что я уже не строю планов, жизнь не тороплю…
А обречённо, но легко смотрю на суету:
Долги, кредиты, стройка в Сочи, кариес во рту.
Ох, Шурик! Кто ж тебя тянул за праведный язык?
Чай будешь с мятой и лимоном? Заходи, старик!
Вот так на кухне, не спеша, часов так с десяти,
Мы размышляем, как планету действенней спасти.
Неудачник. Поляк и истерик,
Он проводит бессонную ночь,
Долго бреется, пялится в телик
И насилует школьницу-дочь.
В ванной зеркало и отраженье:
Бледный, длинный, трясущийся, взяв
Дамский бабкин на вооруженье,
Собирается делать пиф-паф.
И - осечка случается в ванной.
А какое-то время спустя,
На артистку в Москву эта Анна
Приезжает учиться, дитя.
Сердцеед желторотый, сжимаю
В кулаке огнестрельный сюрприз.
Это символ? Я так понимаю?
Пять? Зарядов? Вы льстите мне, мисс!
А потом появляется Валя,
Через месяц, как Оля ушла.
А с течением времени Галя,
Обронив десять шпилек, пришла.
Расплевался с единственной Людой
И в кромешный шагнул коридор,
Громыхая пустою посудой.
И ушел, и иду до сих пор.
Много нервов и лунного света,
Вздора юного. Тошно мне, бес.
Любо-дорого в зрелые лета
Злиться, пить, не любить поэтесс.
Подбивает иной Мефистофель,
Озираясь на жизненный путь,
С табурета наглядный картофель
По-чапаевски властно смахнуть.
Где? Когда? Из каких подворотен?
На каком перекрестке любви
Сильным ветром задул страх Господен?
Вон она, твоя шляпа, лови!
У кого это самое больше,
Как бишь там, опереточный пан?
Ангел, Аня, исчадие Польши,
Веселит меня твой талисман.
Я родился в год смерти Лолиты,
И написано мне на роду
Раз в году воскрешать деловито
Наши шалости в адском саду.
"Тусклый огнь", шерстяные рейтузы,
Вечный страх, что без стука войдут...
Так и есть - заявляется Муза,
Эта старая блядь тут как тут.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
