Подросток – юная весна -
от ветра южного пьяна,
слезами проливными льёт,
порою в голос подвывает,
простывшим горлом, крашен рот
размякшей глиной. Дворовая
пацанка, вольный беспризор.
Босою вылетев во двор,
полощет юбочкою смятой
под дудку мартовских ветров,
и звонко, жалобно, невнятно
выкрикивает про любовь.
Вся – без узды, вся – «ну, и пусть!»,
И.. вспоминаю, и узнать.. боюсь.
Дурнушка, я пойду с тобой,
оскальзываясь в ночь, пьянея
от пьяных слёз твоих. Даст бог,
к утру и небо просинеет,
преобразишься в красоту
(её.. я, впрочем, тоже.. чту)
и ты, дитя, меня покинешь.
Ну, а пока, позволь мне, дай
делить отчаянный твой кипиш,
возьми, веди на край, за край,
мажь глиной, кутай в ветра рвань,
Хошь - про любовь? Валяй! - горлань..
Не забухал, а первый раз напился
и загулял —
под «Скорпионз» к ее щеке склонился,
поцеловал.
Чего я ждал? Пощечины с размаху
да по виску,
и на ее плечо, как бы на плаху,
поклал башку.
Но понял вдруг, трезвея, цепенея:
жизнь вообще
и в частности, она меня умнее.
А что еще?
А то еще, что, вопреки злословью,
она проста.
И если, пьян, с последнею любовью
к щеке уста
прижал и все, и взял рукою руку,
она поймет.
И, предвкушая вечную разлуку,
не оттолкнет.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
