Гуляли, гуляли,
Остатки снега равняли
Подошвами зимними
По рябым тротуарам
В клочках ледяного кляра,
Где лужи клиньями.
Проспекты, улицы…
Глазам надоело жмуриться -
И солнце друг другу
Пасуем как тему фуги.
У дома Бродского
Застыли: спонтанно
Он стал фонтанным
(Как дом Ахматовой) -
Капелью затканный
Петергофски-парадный
Двулико-фасадный.
И, вроде, обычное дело -
Где в Питере только поэты не жили -
Но чуть невесомее тело
И струнно натянуты жилы…
И вновь геометрия:
Углы и эркеры,
Домов анфилады.
Отголоском Летнего сада
Фигуры лепные
Ноктюрны стен превращают в драму
(Кстати, свойство любой, даже каменной, дамы).
И так, надышавшись прямыми линиями,
Отщёлкав глазами тысячи кадров,
Погружаемся в ночь почти обессилено –
И снова прогулка: по улицам рук,
Проспектами, рельсами позвоночника,
Балконами плеч – неразомкнутый круг
Без экскурсоводов и переводчиков.
На войне убивают.
Раз — и нету бойца.
А в тылу умирают
Просто так без конца.
От такой-то истомы,
От предвестья беды,
От лимфомы, саркомы,
В общем, от ерунды.
Умирают нагими
На соседской жене.
На войне только гибель.
Смерти нет на войне.
Смерть заводится в темных
И прохладных местах.
Обитателя комнат
Соблазняет в мечтах.
Заползает по-змейски
Обреченному в рот.
И бывает от смерти
Убегают на фронт.
Где стальные богини —
Огневая страда.
Где зерно, что погибнет,
Не умрет никогда.
2022
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
