Заснеженный лед опасен,
Под снегом лежу, кусаю свое запястье.
Как жалок бывает тихий, порядочный человек,
И как он бывает опасен,
Когда разыграется буря в его голове,
И нету возможности что-то исправить во вне.
Как ниндзя, влюбленный в зеленый чай,
И в листья цветущей вишни,
Я тихо крадусь в пустоте на огонь,
Мотыльков разгоняя лишних,
Словно это исправит меня и наполнит смыслом.
Продолжаю ползти и верить. Все светит моя звезда.
И локти мои кусают такие же, как и я.
Миш,
слишком много лишних слов,
рифмы сомнительные,
"вовне" - вместе,
слишком много "как"ов,
временами слова противоречат смыслу..
никому не давай глодать свои локти!
да, каков много, и можно было бы доработать, но доработки не пошли, и я решил оставить все это как возмездие за мою природную лень! Рифмы сомнительны, это осознанное решение. В последнее время я нахожу особое наслаждение в бедных и сомнительных рифмах.
Спасибо за отзыв)
Как жалок бывает тихий, порядочный человек,
И как он бывает опасен,
Когда разыграется буря в его голове,
И нету возможности что-то исправить во вне.
Это да))) Есть хороший йфильм "Осенний марафон" с Бассилашвили и Леоновым на эту тему))))0
да, про этих)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Какая осень!
Дали далеки.
Струится небо,
землю отражая.
Везут медленноходые быки
тяжелые телеги урожая.
И я в такую осень родилась.
Начало дня
встает в оконной раме.
Весь город пахнет спелыми плодами.
Под окнами бегут ребята в класс.
А я уже не бегаю - хожу,
порою утомляюсь на работе.
А я уже с такими не дружу,
меня такие называют "тетей".
Но не подумай,
будто я грущу.
Нет!
Я хожу притихшей и счастливой,
фальшиво и уверенно свищу
последних фильмов легкие мотивы.
Пойду гулять
и дождик пережду
в продмаге или в булочной Арбата.
Мы родились
в пятнадцатом году,
мои двадцатилетние ребята.
Едва встречая первую весну,
не узнаны убитыми отцами,
мы встали
в предпоследнюю войну,
чтобы в войне последней
стать бойцами.
Кому-то пасть в бою?
А если мне?
О чем я вспомню
и о чем забуду,
прислушиваясь к дорогой земле,
не веря в смерть,
упрямо веря чуду.
А если мне?
Еще не заржаветь
штыку под ливнем,
не размыться следу,
когда моим товарищам пропеть
со мною вместе взятую победу.
Ее услышу я
сквозь ход орудий,
сквозь холодок последней темноты...
Еще едят мороженое люди
и продаются мокрые цветы.
Прошла машина,
увезла гудок.
Проносит утро
новый запах хлеба,
и ясно тает облачный снежок
голубенькими лужицами неба.
1935
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.