Мужчина — тайна для женщины, а женщина — для мужчины. Если бы этого не было, то это значило бы, что природа напрасно затратила силы, отделив их друг от друга
Звенят бубенчиками льдинки
на ветродуйном берегу.
Скользят подошвами ботинки
на леденеющем снегу.
Залив Балтийский тускло-светел
и сумрачен прибрежный лес.
Валун, наследник мнеголетий,
по-пояс в тростники залез...
Он проторчит ещё, быть-может,
сто или двести тысяч лет,
и плешь его стишком обложит
другой какой-нибудь поэт,
что забредёт на побережье
в раздумьях лёгких иль глухих,
и новым словом, словом свежим
блеснет его далёкий стих.
...Знак Вечности поэт тот дальний
в другие вещие уста
переметнёт строкой кристальной,
смахнув её, как пух, с листа...
По-моему, замечательно получилось. Смутило "..как сполох северный восстав, переметнёт поэт..". Вы, точно, так и хотели сказать? )
Наташа, Вы правильно "смутились" .Меня тоже скребли эти строчки своей корявостью, попробовал переделать. Получилось ли лучше - не знаю... Вам спасибо ! Без Вас, наверное, не стал бы переделывать:)))
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
И кто зачем рождëн, и кто к чему готов, известно мудрецам, объявлено пророкам. А город ждëт своих неправильных шутов. Приказывает жить — поскрипывать порогом, подсвечивать места, где прячется весна, прикармливать слова на берегу абзаца. На небе столько звëзд — вселенная тесна, поэтому мирам легко соприкасаться. Приходят корабли, деревья говорят, фонарщики поют, мерцая головами: мы птичьи голоса, мы солнечный отряд. Мы, кажется, должны приглядывать за вами.
И кто кому судья, и кто кого простит, и кто оставил здесь закатные ожоги, понятно тем богам, что держат нас в горсти, что дуют в наши лбы и остужают щëки. Кентаврам снится лес потерянных подков. Седому королю — заросший астероид.
А город ждëт своих беспечных дураков. Гештальты не закрыл. И двери не закроет. Зевающий швейцар листает облака. Эдемский старый дом качается на сваях. Вся ангельская рать спешит издалека — болтать о чепухе в спасительных трамваях. Судьба любого зла — лишь пепел да зола, горчащая печаль, похмельная икота. Твой крепкий бастион, упрямый, как скала, рассыплется, когда тебя окликнет кто-то. Возможно, гитарист, торговец, альбинос, возможно, господин, страдающий от зноя. Он скажет:
ты чего? Давай не вешай нос.
Вот крылья. Небо вот.
Не бойся — запасное.
16.02.2024
https://vk.com/carvedsvirel
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.