"Осторожная Нокомис. Говорила Гайавате: «Не ходи, о Гайавата, В царство Западного Ветра. Он убьет тебя коварством ..."
Но Логфелло не молчал...
Если бы не "и слоны, и попугаи, и верблюды, и ежи..." - то совсем бы я приуныл:)
Благодарю за комментарий,но это о советском времени и написано тогда же.)
Я тож полусотетскай... узнег совести тоталитаризма (делает несчастное лицо), но зачем же так в лоб-то? как в 18-м веке? вы сами говорили, что есть такая весчь, как метафора и проч. тропы
Почему - в лоб?Сам текст - метафора.)
Глубоко! А, если я скажу, что жизнь - это саморапаковывающийя текст? И не без сюжетного начала, доложу я вам, Александр..Батькович.
Так какого же извиняюсь, обладая такими сакральными знаниями, вы всё мама-мыла-раму пишете? Кредо?
Кредо?На "саморапаковывающийя текст" много точек зрения,в том числе, "Сад ветвящихся дорожек" Борхеса.В любом случае,я за позитивную критику,а не за риторические вопросы.)
отчего же риторический? Вопрос самый прямой - какого? если вас коробит от новомодной откровенности, то спрошу тактичнее, одевши пиджак, по-советски - зачем вы штампуете стихи 19-го века? разве их мало или они плохи?
Почему 19 века?В прошлом комменте был 18 век.Вам близка ассоциативная поэзия?А я не понимаю Элиота,но люблю Верлена и Бодлера.
А вы азартен (улыбаеццо) - и это хорошо. Только я инженю (во французском смысле слова), я люблю факты и поэзию:)
ЗЫ. И я люблю Бодлера, но всё-таки (как говорят в Одессе)
В одной древней китайской книге я когда-то нашёл,что "не слова важны в стихах"...С тех пор в контексте мне(слова важны,безусловно)важнее интонация и атмосфера.)
Если был бы я Ван Дамм,
Я б имел успех у дам :)
Я бы,вероятно,тоже:)Спасибо.
понравилось
а когда концерт закончен, улеглися смирно зеки
в шёлке мраморных матрацов, на подушках серебра,
помечтаем же о гордом, подневольном русском греке,
что родился от адама и адамова ребра.
о степане, об аслане, о суровом печенеге
при огромной тяге комнат к превращению в поля.
о влюблённых в постоянство подневольного ночлега.
под звездою тускло-серой, выше несколько нуля.
о сезонных пересмотрах справедливых приговоров
умолимого судейства. и безмолвствует закон.
только рыцарь, чей наручник передёргивает вора,
только рыцарь с пистолетом, вечно бдящий ходит вон.
да отпущенники эти. те, кого перепостили.
кто постил кого всё время время камушком молчит.
мы же сами только дома, будто в камерах тех были,
печенеги из деревни, золотые москвичи.
Спасибо.)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
На розвальнях, уложенных соломой,
Едва прикрытые рогожей роковой,
От Воробьевых гор до церковки знакомой
Мы ехали огромною Москвой.
А в Угличе играют дети в бабки
И пахнет хлеб, оставленный в печи.
По улицам меня везут без шапки,
И теплятся в часовне три свечи.
Не три свечи горели, а три встречи —
Одну из них сам Бог благословил,
Четвертой не бывать, а Рим далече,
И никогда он Рима не любил.
Ныряли сани в черные ухабы,
И возвращался с гульбища народ.
Худые мужики и злые бабы
Переминались у ворот.
Сырая даль от птичьих стай чернела,
И связанные руки затекли;
Царевича везут, немеет страшно тело —
И рыжую солому подожгли.
Март 1916
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.