Я шагнул из весны в наступившее лето.
И мгновенно осыпался яблони цвет,
Замолчала кукушка – плохая примета, –
Не успев досчитать мне оставшихся лет.
Все куда-то ушло безнадежной утратой:
И улыбка зари, и подснежника хмель.
И уже не вернётся капельным стаккато
Ни изменчивый март, ни капризный апрель.
То ли время спешит, то ли мы очерствели,
Но в сумятице дел забываем о том,
Что мгновенья весны – это не акварели,
Их нельзя рисовать про запас, на потом.
***
Эх, напрасно я так – из ружья да дуплетом
В эту юность земли, в этот майский разгул.
…Было время ещё: две минуты до лета,
Но я сделал свой шаг! Словно в Лету шагнул…
"А вы б хотели кануть в Лету? "...
чудное и такое близкое. Особенно предпоследний катрен.
Пожалуй, номинирую. да.
Танюш, ты слишком добра...
понравилось
стал я добрым. я понял, что мне не понять.
это день мой последний приходит опять,
тишина ли за шелестом листьев цветных.
что приходит ко мне, одному из одних,
каждый час, каждый век, каждый миг.
я в кипение яблони вник.
и земля с удобрением книг.
серый, праведный тучи язык.
шевелящий раскатом язык.
пропадающий тучи язык.
стал я добрым, быть добрым привык.
примирился. даже больше.
с гордостью играюсь я своей,
ведь должен лопнуть слишком дутый шар.
весна. черёмуха и яблоня, и слива.
всё белизна, всё сыплется кругом.
и это мёдом пахнет и сияет.
что делать мне, глядящему на всё?
но только злым не буду я. но буду
во веки добр, в цветах до самых век.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
И человек пустился в тишину.
Однажды днем стол и кровать отчалили.
Он ухватился взглядом за жену,
Но вся жена разбрызгалась. В отчаяньи
Он выбросил последние слова,
Сухой балласт – «картофель…книги… летом…»
Они всплеснули, тонкий день сломав.
И человек кончается на этом.
Остались окна (женщина не в счет);
Остались двери; на Кавказе камни;
В России воздух; в Африке еще
Трава; в России веет лозняками.
Осталась четверть августа: она,
Как четверть месяца, - почти луна
По форме воздуха, по звуку ласки,
По контурам сиянья, по-кавказски.
И человек шутя переносил
Посмертные болезни кожи, имени
Жены. В земле, веселый, полный сил,
Залег и мяк – хоть на суглинок выменяй!
Однажды имя вышло по делам
Из уст жены; сад был разбавлен светом
И небом; веял; выли пуделя –
И все. И смерть кончается на этом.
Остались флейты (женщина не в счет);
Остались дудки, опусы Корана,
И ветер пел, что ночи подождет,
Что только ночь тяжелая желанна!
Осталась четверть августа: она,
Как четверть тона, - данная струна
По мягкости дыханья, поневоле,
По запаху прохладной канифоли.
1924
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.