Если теория относительности подтвердится, то немцы скажут, что я немец, а французы — что я гражданин мира; но если мою теорию опровергнут, французы объявят меня немцем, а немцы - евреем
Я шагнул из весны в наступившее лето.
И мгновенно осыпался яблони цвет,
Замолчала кукушка – плохая примета, –
Не успев досчитать мне оставшихся лет.
Все куда-то ушло безнадежной утратой:
И улыбка зари, и подснежника хмель.
И уже не вернётся капельным стаккато
Ни изменчивый март, ни капризный апрель.
То ли время спешит, то ли мы очерствели,
Но в сумятице дел забываем о том,
Что мгновенья весны – это не акварели,
Их нельзя рисовать про запас, на потом.
***
Эх, напрасно я так – из ружья да дуплетом
В эту юность земли, в этот майский разгул.
…Было время ещё: две минуты до лета,
Но я сделал свой шаг! Словно в Лету шагнул…
Меня любила врач-нарколог,
Звала к отбою в кабинет.
И фельдшер, синий от наколок,
Во всем держал со мной совет.
Я был работником таланта
С простой гитарой на ремне.
Моя девятая палата
Души не чаяла во мне.
Хоть был я вовсе не политик,
Меня считали головой
И прогрессивный паралитик,
И параноик бытовой.
И самый дохлый кататоник
Вставал по слову моему,
Когда, присев на подоконник,
Я заводил про Колыму.
Мне странный свет оттуда льется:
Февральский снег на языке,
Провал московского колодца,
Халат, и двери на замке.
Студенты, дворники, крестьяне,
Ребята нашего двора
Приказывали: "Пой, Бояне!" –
И я старался на ура.
Мне сестры спирта наливали
И целовали без стыда.
Моих соседей обмывали
И увозили навсегда.
А звезды осени неблизкой
Летели с облачных подвод
Над той больницею люблинской,
Где я лечился целый год.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
