А мир глубок, и жизнь не высока.
Всё время тонет или пропадает
Из виду. От вершка до корешка.
И к нам через дыханье припадает.
И кровь горит, не обжигая рот.
И мысли заводные механизма
Подачи мыслей. Снова соберёт
Усталый бог, не проходящий мимо.
И будем мы железные слова
Читать потом и конструировать деревья,
Звезду, собаку, муху, сетку нервов,
Как жизни первые расколоты дрова.
Огромный дом и маленькое море,
Карманной рыбой плещется, молчит.
Как птица, тень ожившая кричит.
И роковые буквы на заборе.
Их белый мел до цифры округлит.
Живой, с большими дырками-глазами.
И полетит она за небесами,
Где бог рисует облаков нули.
Но и вернётся с небом, наконец.
Обросшее, оно само – дворец,
Там облаков огромные кули,
Что тонут каждым утром в янтаре.
И сборники кипят жуков и мух вдали.
Корабли постоят и ложатся на курс,
Но они возвращаются сквозь непогоды.
Не пройдет и полгода — и я появлюсь,
Чтобы снова уйти,
чтобы снова уйти на полгода.
Возвращаются все, кроме лучших друзей,
Кроме самых любимых и преданных женщин.
Возвращаются все, — кроме тех, кто нужней.
Я не верю судьбе,
я не верю судьбе, а себе — еще меньше.
Но мне хочется думать, что это не так, —
Что сжигать корабли скоро выйдет из моды.
Я, конечно, вернусь, весь в друзьях и мечтах.
Я, конечно, спою,
я, конечно, спою, — не пройдет и полгода.
1966
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
