Но твердо знаю: омертвелый дух никаких форм не создает; работы в области форм бесплодны; «Опыты» Брюсова, в кавычках и без кавычек, — каталог различных способов любви — без любви
Спи мой хуй толстоголовый,
Баюшки - баю.
Я тебе, семивершковый,
Песенку спою.
Стал расти ты понемногу
И возрос, друг мой,
Толщиной в телячью ногу,
В семь вершков длиной.
Помнишь ли, как раз попутал
Нас Лукавый бес ?
Ты моей кухарке Домне
В задницу залез.
Помнишь ли, как та кричала,
Во всю мощь свою,
И недели три дристала
Баюшки - баю.
Жизнь прошла, как пролетела,
В ебле и блядстве.
И теперь сижу без дела
В горе и тоске.
Плешь моя, да ты ли это ?
Как ты изъеблась.
Из малинового цвета
В синий облеклась.
Вы, мудье, краса природы,
Вас не узнаю...
Эх, прошли былые годы.
Баюшки - баю.
Вот умру, тебя отрежут
В Питер отвезут.
Там в Кунст-камеру поставят,
Чудом назовут.
И посмотрит люд столичный
На всю мощь твою,
- Экий, - скажут, -хуй приличный.
Баюшки - баю.
...а вот в боях хокку на этом сайте - за использование ненормативной лексики - выгоняют...
Даже не знаю что сказать. Может быть в хокку не принять материться. Восток - дело тонкое :)
Да гнать его надо ссаными тряпками в туалет. Пусть там медитирует
Наташа! Я Ваш восторг не разделяю.!!!
А жаль! :) (Шучу). Понимаете, дело здесь не в восторгах. Я, конечно, читала Баркова. Давно, правда, потому подзабыла. Мало его сохранилось, нецензурного и подлинного. Я, кстати, всё-таки, почти уверена, что этот стих, не подлинный Барков. Мне показалось, что он сделан удачно в смысле подражания, причем, именно в смысле выбора формы классической «колыбельной». Потому - имхо. Потому и поставила баллы. Что же касается самого Баркова, то здесь речь не просто о поэзии, хороши ли, мол, его стихи с этой точки зрения. Барков это больше, чем просто поэтические удачи, или неудачи. За то чту его. :)
Текст может и не Баркова (ему приписывают многие стихи), но в любом случае не woolen
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Какая осень!
Дали далеки.
Струится небо,
землю отражая.
Везут медленноходые быки
тяжелые телеги урожая.
И я в такую осень родилась.
Начало дня
встает в оконной раме.
Весь город пахнет спелыми плодами.
Под окнами бегут ребята в класс.
А я уже не бегаю - хожу,
порою утомляюсь на работе.
А я уже с такими не дружу,
меня такие называют "тетей".
Но не подумай,
будто я грущу.
Нет!
Я хожу притихшей и счастливой,
фальшиво и уверенно свищу
последних фильмов легкие мотивы.
Пойду гулять
и дождик пережду
в продмаге или в булочной Арбата.
Мы родились
в пятнадцатом году,
мои двадцатилетние ребята.
Едва встречая первую весну,
не узнаны убитыми отцами,
мы встали
в предпоследнюю войну,
чтобы в войне последней
стать бойцами.
Кому-то пасть в бою?
А если мне?
О чем я вспомню
и о чем забуду,
прислушиваясь к дорогой земле,
не веря в смерть,
упрямо веря чуду.
А если мне?
Еще не заржаветь
штыку под ливнем,
не размыться следу,
когда моим товарищам пропеть
со мною вместе взятую победу.
Ее услышу я
сквозь ход орудий,
сквозь холодок последней темноты...
Еще едят мороженое люди
и продаются мокрые цветы.
Прошла машина,
увезла гудок.
Проносит утро
новый запах хлеба,
и ясно тает облачный снежок
голубенькими лужицами неба.
1935
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.