я находил истерик естественную течь.
и речью ныли двери, что не могли прилечь.
и всё казался лыжей огромный рыжий пол.
и я тебя не вижу, но я к тебе пришёл.
давай о мне вспомянем, да посидим в углу,
где пляшут тараканы в усов своих метлу.
где ноздри, жмых виссона и скатанный ковёр.
где острый отзвук звона в мозг плещет, как костёр.
пожар неугасаем, но вот, через ладонь
он с тишиной слагаем, что будет нам потом.
так пух земли вбирает и глушит голос, гром.
так время нас стирает, пока сидим вдвоём.
пока сидим втроём. а, похоже, третий тот,
что к нам сошёл с проёма окна. и тоже ждёт,
когда опять со звоном ты вспомнишь обо мне,
и ляжет на ладони вся голова в огне.
Ты поила коня из горстей в поводу,
Отражаясь, березы ломались в пруду.
Я смотрел из окошка на синий платок,
Кудри черные змейно трепал ветерок.
Мне хотелось в мерцании пенистых струй
С алых губ твоих с болью сорвать поцелуй.
Но с лукавой улыбкой, брызнув на меня,
Унеслася ты вскачь, удилами звеня.
В пряже солнечных дней время выткало нить.
Мимо окон тебя понесли хоронить.
И под плач панихид, под кадильный канон,
Все мне чудился тихий раскованный звон.
1910
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
