Утомленные своей исключительностью
мы задумали стать, как все прочие люди
и нашли себе для этого удивительный способ
В этом городе?
Стать, как все прочие люди?
(с) Юлия Винер
удивительный способ закрыться в тебе на ключ затаиться пока не выкурят и оттуда посылать тебе импульсы слышишь хочу люблю и болею своим безумием как простудой музыкант за стеной повесился на струне и любимая женщина будды ушла в нирвану их непрошенный блюз просочился в тебя ко мне балансируя между пропастью и диваном ты пытаешься спеть и выпить чужой вискарь изгоняют меня монахи и экзорцисты приставляя большие пальцы к твоим вискам произносят молитву и после бормочут чисто
обратишься к знахаркам травки и корешки не помогут покинуть мне дорогое тело твое сердце стучит в объятьях моей руки мое сердце в тебе тогда ты решишься сделать операцию маска скальпель и все дела тебя вскроют и ты тихонечко спросишь как док эта дура еще сидит там не умерла док зашьет твою грудь не в силах решить загадок
музыкант за стеной добрался до праотцов и струна не звенит впиваясь бедняге в шею ты усердно сосредоточенно мнешь лицо и стремишься забыть что где-то в твоей душе я
льется дождь с потолка за беленький воротник и в раскрытые рты дешевых стеклянных рюмок ты пытаешься скрыться в ворохе пестрых книг ты становишься с каждой каплей старей угрюмей и ненужней ни мне ни сотне других девиц что вчера еще следом бегали табунами подавись повторяешь к черту все подавись создавая барьеры новые между нами
накурив и оставив в легких твоих туман все попытки меня изгнать посчитав за минус я как самый заядлый брошенный графоман напишу о любви какая уж тут взаимность рядом горы ненужных точек и запятых не пристроенных в этом тексте какая жалость и однажды проснувшись я поняла что ты перебрался в меня когда я из тебя сбежала
и любимая женщина будды поправит прядь у лица разрушая хрупкий мирок астрала и теперь ты готов торжественно потерять то что я много снов назад у тебя украла
пять слов признания в любви
А здесь жила Петрова. Не могу
припомнить даже имени. Ей-Богу.
Покажется, наверное, что лгу,
а я – не помню. К этому порогу
я часто приближался на бегу,
но только дважды... Нет, не берегу
как память, ибо если бы помногу,
то вспомнил бы... А так вот – ни гу-гу.
Верней, не так. Скорей, наоборот
все было бы. Но нет и разговору
о чем-то ярком... Дьявол разберет!
Лишь помню, как в полуночную пору,
когда ворвался муж, я – сумасброд -
подобно удирающему вору,
с балкона на асфальт по светофору
сползал по-рачьи, задом наперед.
Теперь она в милиции. Стучит
машинкою. Отжившие матроны
глядят в окно. Там дерево торчит.
На дереве беснуются вороны.
И опись над кареткою кричит:
«Расстрелянные в августе патроны».
Из сумки вылезают макароны.
И за стеной уборная журчит.
Трагедия? О если бы.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
