Лето. Война. Сорок первый. Окоп. Солдат.
Линия фронта. Не спит рядовой Мурат.
Обок товарищ Семён и товарищ Ян -
соображают... На убыль пошел туман.
Гауптман Вилли спустился в немецкий шанц.
Дланью дрожащей приветствует снайпер Ганс:
- День не задался. И твердости нет в руке.
Пули-дурёхи, все как одна, в молоке.
Бруствер высок. По-над касками стая мух.
- Туп коммунист, но прекрасный имеет слух.
Рой тех навозниц немедленно под прицел.
Крикни "Семен" и Семена увидишь цель.
Яну - капут... Посылает мольбы казах...
Чинит приёмник в небесном дворце Аллах...
По'д ноги пали двукрылые, словно град...
"Только бы... только бы... только бы не Мурат!"
И будет он как дерево, посаженное при потоках вод, которое приносит...
Псалтирь
Сей достоверный признак жизни дрожь,
в котором видел слабость и докуку,
прохватит напоследок — и хорош...
Учитель мой, спасибо за науку.
Я был готов. И руку под углом
я подымал под гулкий ропот класса.
И опускал на огненный псалом
«и будет он как дерево...» и клялся.
От первых до последних клятв моих
в сём «лучшем из» слетело столько петель,
что первое, что вспомнишь, — ряд дверных
проёмов и прогалов. Ты свидетель.
Душа, пьяна, пойдёт наискосок.
Покружит над больницею и топкой.
Она черкнёт последний адресок
в сороковины водочною пробкой.
Он был готов. И он теперь она.
Душа. И это за игру словами
расплата, это тайна, это на-
тюрморт с непринесёнными плодами.
1990
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
