Отравитель сердец, старый мэн Йолупукки,
В отраженьях зеркал себя видел творцом.
Поджимали хвосты беспородные суки,
Когда он по хребту их чехвостил словцом.
При свечах отобедав, мозг вкушая Фемиды,
Голубой кровью пьяный, член вонзал в этикет...
На алтарь флуда пал шлейф говяжьей корриды;
Кости знатных кликуш он бросал на паркет.
В сад, входил, орхидей, солнца слыша отрыжку.
Кашемировый гроб убаюкивал тлен.
Вместо чая - кураре попивал... Сон в подмышках,
В каплях пота стекал в складки юбок Кармен.
Отравитель сердец, старый мэн Йолупукки,
В отраженьях зеркал себя видел творцом.
Кислый цитрус оском привозил из Кентукки...
Руки суки лизали, его тешась хлыстом.
Когда в пустыне, на сухой закон -
дожди плевали с высоты мечетей,
и в хижины вползал аккордеон,
тогда не просыпался каждый третий.
Когда в Европе, орды духовых
вошли на равных в струнные когорты,
аккордеон не оставлял в живых,
живых – в живых, а мертвых – даже в мертвых.
А нынче, он – не низок, не высок,
кирпич Малевича, усеянный зрачками,
у пианино отхватил кусок
и сиганул в овраг за светлячками.
Последний, в клетке этого стиха,
все остальные – роботы, подделки,
еще хрипят от ярости меха
и спесью наливаются гляделки.
А в первый раз: потрепанная мгла
над Сеной, словно парус от фелюки…
…аккордеон напал из-за угла,
но, человек успел подставить руки.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
