Белой стужей февраль нарисуется,
Что для любящих сущий пустяк,
Прошагает заснеженной улицей
Потерявший покой холостяк.
На прямкИ,не дорогою заданной,
Прочь долой - суета, маята...
Оттого, что нежданно , негаданно,
Ему встретилась именно, ТА!
А мечта его, с неба сошедшая,
В зыбкой яви, похожей на сон,
Ждет его - своего сумашедшего,
Понимая, что он - это ОН!
Пусть пути их по жизни не скрещены,
Значит просто Судьба их вела...
Поровнялись мужчина и женщина,
И сказали... была - не была...
------------------------
Зима-зима, а где-то, где-то,
В плену реальности чужой,
Шальное бархатное лето,
Парит над шелковой водой.
Но... Позабудем о высоком...
В таком коротеньком стише,
В краях иных тепло под боком,
У нас с тобой оно в душе...
---------------------------
В промороженном парке "Дубки"
Все дорожки усыпаны снегом,
Двое чокнутых, как мотыльки,
Где-то между землею и небом...
Там за соснами... Финский залив,
Горизонты окрашены белым,
И витает забытый мотив,
Где-то между душою и телом...
------------------------------
За тысячи верст, в закордонье далеком,
И время другое и осень другая,
Сегодня я к ней не каким-либо боком,
А даже напротив - вперед забегая.
И в этой холодной промозглости вязкой,
Такое же небо от влаги тугое,
Такие же люди и птицы и краски,
Все очень похоже, но все же другое...
А здесь за высокими мачтами сосен,
На долгую зиму пропавшая где-то,
Моя кареокая женщина-осень,
Беспечные вЕсны и жаркое лето.
За строчками писем - шальные дороги,
За теплыми окнами - снежная вьюга,
Сегодня ты встретишь меня у порога,
Ах!... Как же мы долго искали друг друга...
Светало поздно. Одеяло
Сползало на пол. Сизый свет
Сквозь жалюзи мало-помалу
Скользил с предмета на предмет.
По мере шаткого скольженья,
Раздваивая светотень,
Луч бил наискосок в "Оленью
Охоту". Трепетный олень
Летел стремглав. Охотник пылкий
Облокотился на приклад.
Свет трогал тусклые бутылки
И лиловатый виноград
Вчерашней трапезы, колоду
Игральных карт и кожуру
Граната, в зеркале комода
Чертил зигзаги. По двору
Плыл пьяный запах - гнали чачу.
Индюк барахтался в пыли.
Пошли слоняться наудачу,
Куда глаза глядят пошли.
Вскарабкайся на холм соседний,
Увидишь с этой высоты,
Что ночью первый снег осенний
Одел далекие хребты.
На пасмурном булыжном пляже
Откроешь пачку сигарет.
Есть в этом мусорном пейзаже
Какой-то тягостный секрет.
Газета, сломанные грабли,
Заржавленные якоря.
Позеленели и озябли
Косые волны октября.
Наверняка по краю шири
Вдоль горизонта серых вод
Пройдет без четверти четыре
Экскурсионный теплоход
"Сухум-Батум" с заходом в Поти.
Он служит много лет подряд,
И чайки в бреющем полете
Над ним горланят и парят.
Я плавал этим теплоходом.
Он переполнен, даже трюм
Битком набит курортным сбродом -
Попойка, сутолока, шум.
Там нарасхват плохое пиво,
Диск "Бони М", духи "Кармен".
На верхней палубе лениво
Господствует нацмен-бармен.
Он "чита-брита" напевает,
Глаза блудливые косит,
Он наливает, как играет,
Над головой его висит
Генералиссимус, а рядом
В овальной рамке из фольги,
Синея вышколенным взглядом,
С немецкой розовой ноги
Красавица капрон спускает.
Поют и пьют на все лады,
А за винтом, шипя, сверкает
Живая изморозь воды.
Сойди с двенадцати ступенек
За багажом в похмельный трюм.
Печали много, мало денег -
В иллюминаторе Батум.
На пристани, дыша сивухой,
Поможет в поисках жилья
Железнозубая старуха -
Такою будет смерть моя...
Давай вставай, пошли без цели
Сквозь ежевику пустыря.
Озябли и позеленели
Косые волны октября.
Включали свет, темнело рано.
Мой незадачливый стрелок
Дремал над спинкою дивана,
Олень летел, не чуя ног.
Вот так и жить. Тянуть боржоми.
Махнуть рукой на календарь.
Все в участи приемлю, кроме...
Но это, как писали встарь,
Предмет особого рассказа,
Мне снится тихое село
Неподалеку от Кавказа.
Доселе в памяти светло.
1980
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
