Не стану я тебе писать
Ни длинных, ни коротких писем.
Ты далеко и независим
От слов моих
Чего скрывать…
Лишь о погоде пару строк
О мерзопакостной, туманной –
Все сопки словно
В каше манной.
Совсем забыл Владивосток
Гранит науки грызли где?
Почти на тридцать лет моложе
Мы были
И судили строже,
Поверив всякой ерунде.
Жить нас учили для других,
Врачебной клятвы не нарушив,
А вот друг другу
Ранить душу
Так опрометчиво могли…
Порой я влюблена была
Не в тех, как выяснилось позже,
Не представляла,
что дороже
Твоя мне нежность стать могла.
Так вероятно суждено -
Грустим о юности некстати,
Всю жизнь мы за ошибки
платим,
Другого видно не дано.
Мы теперь уходим понемногу
В ту страну, где тишь и благодать.
Может быть, и скоро мне в дорогу
Бренные пожитки собирать.
Милые березовые чащи!
Ты, земля! И вы, равнин пески!
Перед этим сонмом уходящим
Я не в силах скрыть своей тоски.
Слишком я любил на этом свете
Все, что душу облекает в плоть.
Мир осинам, что, раскинув ветви,
Загляделись в розовую водь.
Много дум я в тишине продумал,
Много песен про себя сложил,
И на этой на земле угрюмой
Счастлив тем, что я дышал и жил.
Счастлив тем, что целовал я женщин,
Мял цветы, валялся на траве,
И зверье, как братьев наших меньших,
Никогда не бил по голове.
Знаю я, что не цветут там чащи,
Не звенит лебяжьей шеей рожь.
Оттого пред сонмом уходящим
Я всегда испытываю дрожь.
Знаю я, что в той стране не будет
Этих нив, златящихся во мгле.
Оттого и дороги мне люди,
Что живут со мною на земле.
1924
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
