Посторонись, поблёкли акварели
И красный свет закрыл дорогу нам
До лучших дней, до непонятных зрелищ
Отдав всю радость серым ведунам
Остался свет, хоть желтый и местами
Остались мы – как время на часах
Стоять у рек, под мокрыми зонтами
В глазах пытаясь спрятать прежний страх
Картины снов, нет качества печати
И потому, обои в сизой тьме
Скрывают стены, в краске, из печали
Жизнь, закапав в прохладной кутерьме
Быть словно джин, с бутыли на свободу
Стать для чужих – несущим лозунг «свой»
Пить горький ром, кому-нибудь в угоду
Лишь для того, чтоб помнить летний зной
Но прав ли я, проснусь ли на рассвете?
А может плотник мой замерит рост
И кто-то скажет – « встретил он бессмертье»
Да обо мне… последний скажет тост
Словно тетерев, песней победной
развлекая друзей на заре,
ты обучишься, юноша бледный,
и размерам, и прочей муре,
за стаканом, в ночных разговорах
насобачишься, видит Господь,
наводить иронический шорох -
что орехи ладонью колоть,
уяснишь ремесло человечье,
и еще навостришься, строка,
обихаживать хитрою речью
неподкупную твердь языка.
Но нежданное что-то случится
за границею той чепухи,
что на гладкой журнальной странице
выдавала себя за стихи.
Что-то страшное грянет за устьем
той реки, где и смерть нипочем, -
серафим шестикрылый, допустим,
с окровавленным, ржавым мечом,
или голос заоблачный, или...
сам увидишь. В мои времена
этой мистике нас не учили -
дикой кошкой кидалась она
и корежила, чтобы ни бури,
ни любви, ни беды не искал,
испытавший на собственной шкуре
невозможного счастья оскал.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
