Плыла жара. И парафины свечек
из дверцы холодильника стекали,
а ночь грозилась выспреться стихами,
слагая зажигательные речи
над речкой, именуемою Ерик,
наслав окрест звенящих камикадзе,
сопровождая лягушачьим джазом
худых собак, сверлящих воем берег.
Стоял июль, июнь сожравший зноем,
завив траву в охристое мочало,
и ночь, и юг, и степь – все истончалось
до пленки пота в приступе апноэ.
…Девонский зной стекал по плаунам
к кишащим океанам трилобитов,
гася водой жерло вселенской битвы,
давая шанс не сотворенным, нам
преодолеть Творения зенит,
и выжить, понижая Веры градус…
..Зарницы, словно бабочки, игрались,
и я пред Богом – чистый прозелит...
Июль, июль, оле-оле-оле!
Где твой Вратарь, впустивший солнца мячик?
Идем ли на грозу?
Здесь, на селе
от метеочувствительности плачут.
Земному шару
напекло висок.
Располагался рай
наискосок
Скучал в нем
по России
каждый третий
В семи десятках
световых столетий.
Там время продолжал небесный царь
У звёздочки
по имени Мицар,
Как гениальный врач
за занавеской,
И спорили Сенека с Достоевским,
И были пальцы
в поцелуях пчёл.
А здесь смертельный бой
уж час, как шёл:
Со срезанным лицом наполовину
Сержант упал в божественную глину,
Хлеб Родины своей
подняв с земли.
И вдруг увидел
страшное вдали:
Нас будущих,
расслабленных,
как травы,
Обильно
существующих
без славы,
в отдельно
подзаряженном гробу
С предсказанными
цифрами на лбу.
Сержант Смирнов
смотрел на это дело,
И удивленно
презирал печаль,
А рядом с ним
Мария песню пела,
качаясь, как солдатская медаль.
09.07.2022
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.