вся эта тьма, из неё проступают оленьи рога
бивни мамонтов, копья, штыки винтовок
прохода здесь нет, прошлогодние всюду снега
по рвам и канавам несутся невесты христовы
как угорелые кошки, по бранному полю, ни зги
меж мёртвых солдатиков, обугленных и полуголых
в бой идёт одна мелюзга, вот и нет мелюзги
на бескрылых качелях, в расстрелянных школах
тут войнушка, тебя убили, слышишь, пиф-паф,
падай же, дурачина, грусти по-взрослому и падай
ты любил её, юбку расстёгивал, целовал, засыпав
пусть не ждёт, всё равно не вернёшься из этого ада
вперёд, задай им жару, здесь не курорт, сынок
тёмные силы, химеры, зомби против растений
по улочке веночница семенит, тащит тебе венок
колючая слива, лавровые листья лезут из тени
спасайся, беги, спотыкаясь, беги
сквозь кусты продирайся, царапай лицо и руки
не оборачивайся, враг народа, за спиной у тебя враги
с-суки
минуй круглосуточное кафе, сворачивай у перекрёстка. вроде бы оторвался. случайные прохожие с сумками, с алеющими сигаретами, смутные пятна навстречу, в глазах у каждого жуткая тайна.
ты почти дома, вот знакомые места: магазин парикмахерская библиотека
идёшь через переулок в первобытной темноте
еле волочишь ноги который день работаешь допоздна
снова видишь оленьи рога
тьфу примерещится же такое
усмехаешься входишь в подъезд дверь открывает жена
привет говорит на ужин сегодня жаркое
Как обещало, не обманывая,
Проникло солнце утром рано
Косою полосой шафрановою
От занавеси до дивана.
Оно покрыло жаркой охрою
Соседний лес, дома поселка,
Мою постель, подушку мокрую,
И край стены за книжной полкой.
Я вспомнил, по какому поводу
Слегка увлажнена подушка.
Мне снилось, что ко мне на проводы
Шли по лесу вы друг за дружкой.
Вы шли толпою, врозь и парами,
Вдруг кто-то вспомнил, что сегодня
Шестое августа по старому,
Преображение Господне.
Обыкновенно свет без пламени
Исходит в этот день с Фавора,
И осень, ясная, как знаменье,
К себе приковывает взоры.
И вы прошли сквозь мелкий, нищенский,
Нагой, трепещущий ольшаник
В имбирно-красный лес кладбищенский,
Горевший, как печатный пряник.
С притихшими его вершинами
Соседствовало небо важно,
И голосами петушиными
Перекликалась даль протяжно.
В лесу казенной землемершею
Стояла смерть среди погоста,
Смотря в лицо мое умершее,
Чтоб вырыть яму мне по росту.
Был всеми ощутим физически
Спокойный голос чей-то рядом.
То прежний голос мой провидческий
Звучал, не тронутый распадом:
«Прощай, лазурь преображенская
И золото второго Спаса
Смягчи последней лаской женскою
Мне горечь рокового часа.
Прощайте, годы безвременщины,
Простимся, бездне унижений
Бросающая вызов женщина!
Я — поле твоего сражения.
Прощай, размах крыла расправленный,
Полета вольное упорство,
И образ мира, в слове явленный,
И творчество, и чудотворство».
1953
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
