Мне сорок с хвостиком. Весна
опять надеждой нежит душу,
и по-иному солнце в лужу
глядит. Воспрянув ото сна,
к корнях деревьев бьются соки,
и по ночам строчат пророки
свои бестселлеры. И мне
бродить с улыбкой по весне
никто, признаться, не мешает...
И всё ж чего-то не хватает:
уже, я чувствую, не тот
костёр в ночи, и нервный опыт
так непохож на птичий клёкот
и на безудержный полёт,
что даже как-то стыдно... То ли
я исписал земные боли,
иль это март меня томит,
иль старый друг мне не звонит,
иль, может быть, хандра-старуха
лишила зрения и слуха.
Я жизнь люблю и умереть боюсь.
Взглянули бы, как я под током бьюсь
И гнусь, как язь в руках у рыболова,
Когда я перевоплощаюсь в слово.
Но я не рыба и не рыболов.
И я из обитателей углов,
Похожий на Раскольникова с виду.
Как скрипку, я держу свою обиду.
Терзай меня - не изменюсь в лице.
Жизнь хороша, особенно в конце,
Хоть под дождем и без гроша в кармане,
Хоть в Судный день - с иголкою в гортани.
А! Этот сон! Малютка-жизнь, дыши,
Возьми мои последние гроши,
Не отпускай меня вниз головою
В пространство мировое, шаровое!
1958
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
