Мне сорок с хвостиком. Весна
опять надеждой нежит душу,
и по-иному солнце в лужу
глядит. Воспрянув ото сна,
к корнях деревьев бьются соки,
и по ночам строчат пророки
свои бестселлеры. И мне
бродить с улыбкой по весне
никто, признаться, не мешает...
И всё ж чего-то не хватает:
уже, я чувствую, не тот
костёр в ночи, и нервный опыт
так непохож на птичий клёкот
и на безудержный полёт,
что даже как-то стыдно... То ли
я исписал земные боли,
иль это март меня томит,
иль старый друг мне не звонит,
иль, может быть, хандра-старуха
лишила зрения и слуха.
Никого не будет в доме,
Кроме сумерек. Один
Зимний день в сквозном проеме
Незадернутых гардин.
Только белых мокрых комьев
Быстрый промельк маховой,
Только крыши, снег, и, кроме
Крыш и снега, никого.
И опять зачертит иней,
И опять завертит мной
Прошлогоднее унынье
И дела зимы иной.
И опять кольнут доныне
Не отпущенной виной,
И окно по крестовине
Сдавит голод дровяной.
Но нежданно по портьере
Пробежит вторженья дрожь,-
Тишину шагами меря.
Ты, как будущность, войдешь.
Ты появишься из двери
В чем-то белом, без причуд,
В чем-то, впрямь из тех материй,
Из которых хлопья шьют.
1931
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
