бог на дороге, пылью одет городов,
пишет скулою послание для себя
у осла взятой? у собаки? у дерева?
мимо - таджиков большая семья.
вся ребятня из красивых дивчин.
маленьких муков, старых мотоциклов.
широкоскулых и плотных мужчин,
с семенем, со стёганым криком.
южные старухи идут на холодные кухни.
там яйца и творог ждут их рук.
и молодая ножка уткнётся на полминуты
в телевизор, подобный ночному костру.
шелестение речи любой, шевеленье
языка любого в мозгах.
и горячее южное пенье
бессловесно почти, на слогах.
всё это так знакомо теперь, как камень,
небо и ты сам. как сам себе бог.
вот так и чокнешься с индостаном,
да счетверишься с обеих ног.
но любовь этих - не знающих горя.
но езда этих индийских раджей,
словно чучел, по городскому полю,
оставляет спокойствие на душе.
Нет, это не Joseph Brodsky, это моя работа на стройке в городе… Не скажу, в каком городе. Короче, работа на юге)
не важно, что послужило стартовым выстрелом, но стих хорош... именно без первой строфы
Ну тогда придётся убрать и последнюю, чтоб уж... совсем было хорошо
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
О, как я жду тебя! Как долго, долго жду я!..
Затихло все... Должно быть, близок ты...
Я ветер позвала. Дыханьем смерти дуя,
Он солнце погасил и, злясь и негодуя,
Прогнал докучных птиц и оборвал цветы.
О, дай мне грез твоих бестрепетных и чистых!
Пусть будет сон мой сладок и глубок...
Над цепью туч тоскующих и мглистых
Небесных ландышей воздушных и пушистых
Ты разорви серебряный венок!
Как белых бабочек летающая стая,
Коснешься ты ресниц опущенных моих...
Закинув голову, отдам тебе уста я,
Чтоб, тая, мог ты умереть на них!
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.