Однажды меня из темницы моей
отпустили строгие стражи
и на дорогу даже
вывели трёх коней -
один из них, белый,
по имени День,
другой из них, чёрный,
по имени Ночь,
третий, алый,
по имени Кровь,
и Кровь понесла меня прочь,
а справа –
ярился День,
а слева –
дышала Ночь....
…..
И с лип придорожных,
с их сладких соцветий
навстречу летел опьяняющий ветер,
и было возможным,
казалось,
всё,
что звенело,
плясало,
смеялось
меж небом и полем,
в лесу и в реке,
поймать на лету и зажать в кулаке...
……
Казалось…
и было…
и многое было потом … -
как ветвь, распускалась –
листок за листком –
слагалась
баллада…
любви и печали… -
с капелью, грозою, метелью - по струнам,
и северным - строгим, и южным – бездумным,
ветрами -
страницы листались...
……..
Размыты…
…слезами ли, снегом, дождём…
…баллада ли жизнью, жизнь ли стала стихом…
…закрыты…
теперь не понять,
и надобно спать...
спи...
…в тёмном поле, глухом…
(ты увидишь во сне, или вспомнишь)
…там - в табуне - мои кони,
стреножены… пастухом…
один из них белый
чёрный другой,
третий алый... .
Свободен путь под Фермопилами
На все четыре стороны.
И Греция цветет могилами,
Как будто не было войны.
А мы — Леонтьева и Тютчева
Сумбурные ученики —
Мы никогда не знали лучшего,
Чем праздной жизни пустяки.
Мы тешимся самообманами,
И нам потворствует весна,
Пройдя меж трезвыми и пьяными,
Она садится у окна.
«Дыша духами и туманами,
Она садится у окна».
Ей за морями-океанами
Видна блаженная страна:
Стоят рождественские елочки,
Скрывая снежную тюрьму.
И голубые комсомолочки,
Визжа, купаются в Крыму.
Они ныряют над могилами,
С одной — стихи, с другой — жених.
...И Леонид под Фермопилами,
Конечно, умер и за них.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
